[1] "How Many More Years" — блюз, написанный и впервые записанный Хаулином Вулфом в июле 1951 года в Memphis Recording Service (которая позже стала Sun Studio). Песня была выпущена Chess Records под номером Chess 1479 как сторона В сингла "Moanin' at Midnight" и заняла 4-е место в Billboard R&B-чарте. Автором песен на обеих сторонах пластинки изначально значился Карл Джермани, диск-жокей и танцевальный промоутер из Чикаго. Лейбл Chess иногда указывал в качестве авторов песен на своих пластинках местных бизнесменов, которые помогали им продавать записи. В более поздних переизданиях автором песен указан Честер Бернетт. Писатель Роберт Палмер называл гитарную игру Вилли Джонсона на треке первым примером использования пауэр‑аккорда. Музыкант и продюсер Т‑Боун Бёрнетт так высказался о записи:
«Первым серьёзным прорывом Сэма Филлипса стала работа с Хаулин Вулфом. Именно тогда Сэм начал делать бас и ударные громче. В те дни ритм‑секция традиционно оставалась на втором плане: главными считались духовые инструменты и фортепиано — носители мелодии. Сэм же смело выдвинул ритм вперёд, и именно это в итоге и породило рок‑н‑ролл. Переворот был колоссальным… В каком‑то смысле композицию «How Many More Years» можно назвать первой настоящей рок‑н‑ролльной песней: в ней звучит тот самый гитарный рифф, который позже стал каноническим для жанра, и именно тогда мы впервые услышали его на искажённой гитаре. Это был старый рифф из биг‑бэнда, превращённый в нечто совершенно новое».
Howlin' Wolf (vocal, harmonica) Ike Turner (piano) Willie Johnson (guitar) Willie Steele (drums).
♪ ♪ ♪
How many more years? Have I got to let you dog me around How many more years? Oh, I got to let you dog me around I'd soon rather be dead Sleeping six feet in the ground
I'm gonna fall on my knees I'm gonna raise up my right hand I'm gonna fall on my knees I'm gonna raise up my right hand Say, I'd feel much better, darlin' If you'd just only understand
I'm goin' upstairs I'm gonna bring back down my clothes I'm goin' upstairs I'm gonna bring back down my clothes, do them all If anybody ask about me Just tell 'em I walked out on.
♪ ♪ ♪
Продолжение следует...
Re: The Rolling Stones Family: Brian Jones' Lonely Hearts Club Автор:RolloverДата: 07.07.26 16:22:13
Тот первый недолгий визит в Америку выдался весьма непростым: то и дело приходилось сталкиваться с насмешливым тоном радио‑ и газетных интервьюеров, а залы в Омахе и Детройте были заполнены лишь наполовину. Эндрю Олдхэм не мог не думать о том, что «Битлз» опередили их: за плечами ливерпульской четвёрки уже были два гастрольных тура и культовый фильм, оказавший огромное влияние на публику. Однако все эти тягостные мысли мгновенно улетучились, когда 10 июня группа переступила порог студии Chess на Саут‑Мичиган‑авеню, 2120 — того самого места, где рождалась музыка, которой «Стоунз» поклонялись годами. И главное — именно здесь, вместе с инженером Роном Мало, они создали два знаковых сингла: "It’s All Over Now" и кавер‑версию композиции Ирмы Томас "Time Is On My Side". Качество этих записей заметно превосходило всё, что группа делала раньше. Чарли Уоттс вспоминал: «Для нас главным был звук. Студия оказалась потрясающей, а инженер Рон Мало — настоящим мастером, чем‑то напоминавшим Дэйва Хассинджера из RCA. У них было гораздо лучшее представление о том, как должен звучать настоящий рок‑н‑ролл». Уровень исполнения тоже заметно вырос: гитарные партии Брайана и Кита идеально сочетались. Массивные арпеджио Брайана на его Gretsch надёжно поддерживали стремительное, напряжённое соло Кита в "Time Is On My Side".
Одно из самых ярких воспоминаний Кита о первых двух днях The Rolling Stones в Чикаго — образ Мадди Уотерса, этого признанного «короля чикагского блюза», который белит студию; краска брызгами оседает на его красивом лице. Образ выразительный, но, конечно, не более чем плод воображения: Уотерс был слишком гордым человеком и едва ли стал бы выполнять подсобную работу. Зато другое воспоминание Кита — о том, как музыканты Chess принимали «Стоунз» как своих, на равных, — абсолютно правдиво. Для Брайана американский истеблишмент, смотревший на них свысока, был просто ещё одной кучей «Эрни и нанкеров»; настоящими друзьями для него стали те, кто творил музыку на Chess: Бо Диддли, Бадди Гай и другие. Дэйв Майерс, фактически штатный басист студии наряду с Уилли Диксоном, не раз говорил о той особой связи, которая возникла у него с основателем группы. «Он был хорошим парнем в мире ублюдков, считавших, что мы все родом с хлопковых полей», — вспоминает он. «Странный это был мир: получалось, что единственные, кто по-человечески к нам относился, были европейцы». Как и музыканты в Голливуде, Майерс считал Брайана Джонса ключевой фигурой в The Rolling Stones. В телешоу вроде передачи Майка Дугласа, где Брайан шутил вместе с Миком, вокалист «Стоунз» ещё нередко чувствовал себя не в своей тарелке; Брайан же был спокойным, уверенным в себе, «глубоким мыслителем». Но даже сквозь зернистую картинку чёрно‑белого телевидения 1964 года можно разглядеть тяжёлые мешки под его глазами.
♪ ♪ ♪
На фото: Брайан Джонс - 2 июня 1964 года, Нью-Йорк. Фотограф - Stan Mays.
Re: The Rolling Stones Family: Brian Jones' Lonely Hearts Club Автор:RolloverДата: 07.07.26 16:19:12
1 июня 1964 года The Rolling Stones прибыли в Нью‑Йорк, и тогда едва ли кто‑то мог предположить, какой успех вскоре ждёт авторский дуэт группы. Эндрю Олдхэм появился в США, сыпля громкими фразами, однако именно он лучше всех осознавал шаткость их положения: успех был неравномерным, а собственного материала, в отличие от The Beatles, катастрофически не хватало.
Олдхэм позже вспоминал: «The Rolling Stones прибыли в Америку без надёжного тыла из виниловых хитов. В Великобритании нехватку пластинок компенсировали дерзостью и напором. В США же ситуация выглядела откровенно неловкой — за исключением тех городов, где публика принимала нас так, будто мы Sex Pistols. Всё изменилось лишь тогда, когда в нашем репертуаре появились "Time Is On My Side" и "It’s All Over Now"». Олдхэм был твёрдо убеждён: каверы на блюзовые композиции не способны вознести группу на вершину хит‑парадов. Но уже на первой запланированной встрече в рамках тура — пресс‑конференции для шоу Мюррея К на радиостанции WINS — ведущий предложил группе сделать кавер на песню Valentinos "It’s All Over Now", только что выпущенную на лейбле Сэма Кука. «Бывает же такое странное стечение обстоятельств, — вспоминал Кит Ричардс. — Именно Мюррей К тогда сказал: „Это как раз по вашей части“».
Первые дни The Rolling Stones в Америке казались каким‑то сюрреалистическим сном. Их самолёт приземлился, а внизу ждали пятьсот визжащих фанатов, и какой‑то шутник решил, что группу должны были представить публике в компании пары староанглийских овчарок. На первой же встрече с прессой в адрес музыкантов полетел провокационный вопрос: моются ли они вообще. Брайан, сохраняя абсолютное хладнокровие, встал, поднял руки и парировал: «Хотите понюхать?» После изматывающего дня и пары часов сна они отправились в Лос‑Анджелес — и поначалу их ждало сокрушительное разочарование: в своём первом выступлении в прайм‑тайм они стали объектом насмешек Дина Мартина: «Знаете, ребята, играющие во всех этих группах, считают, что у них длинные волосы. Это оптический обман: у них просто низкие лбы, вот и всё». Однако подобные колкости уже не имели значения. На следующий день они отправились на Стрип, встретились в студии RCA с аранжировщиком Джеком Ницше — он вскоре станет одним из ближайших друзей Брайана в окружении группы, — а кульминацией этого стремительного водоворота событий стало первое выступление The Rolling Stones в США — потрясающе яростное и безудержное шоу в Сан‑Бернардино. В британской музыкальной прессе Брайан неизменно оставался в центре внимания — ведь он был основателем группы и её официальным голосом. И это при том, что Эндрю Олдхэм неустанно продвигал на авансцену Мика Джаггера. В Америке же история создания The Rolling Stones никого не интересовала. Для американских подростков Брайан Джонс был воплощением самой крутизны. К октябрю его волосы, которые он ежедневно мыл шампунем с почти ритуальной тщательностью, ложились вокруг лица идеальным золотистым ореолом, подчёркивая чуть угловатые, с налётом таинственной мрачности скулы. Его стиль становился всё ярче и самобытнее: он отдавал предпочтение узким полосатым футболкам с длинными рукавами либо пиджаку в полоску с лаконичными узкими лацканами, надетому поверх белой водолазки. Брайан станет образцом для десятков, если не сотен, начинающих гаражных групп по всей стране. По воспоминаниям Кена Куберника, бывшего в те годы подростком‑фанатом, в Голливуде Брайан Джонс неизменно оказывался в центре внимания. При этом Мик Джаггер также пользовался популярностью у американской публики: зрителям импонировали его раскованная манера поведения и демонстративный отказ от формального дресс‑кода (в частности, от обязательного сочетания «рубашка и галстук» на телевидении). Однако почти всё внимание лос‑анджелесской музыкальной сцены было приковано к загадочному, сумрачному "стоуну". «Мик и Кит считались второстепенными персонажами у всех, кого я знал, вплоть до середины шестидесятых», — говорит Куберник. «Брайан же был безусловным центром притяжения, все хотели подражать его стилю; плюс он был блондином — а это само по себе порождало множество стереотипов и ассоциаций».
♪ ♪ ♪
На фото: "Стоунз" и Мюррей «К» Кауфман, 1964 год.
Re: The Rolling Stones Family: Brian Jones' Lonely Hearts Club Автор:RolloverДата: 07.07.26 16:02:33
Пол Трынка - «Брайан Джонс: История создания The Rolling Stones», 2014 год.
Глава 5. «Сколько ещё лет» [1].
♪ ♪ ♪
Судьбы Эндрю Олдхэма и Брайана Джонса всегда были тесно переплетены — и особенно в ту дивную осень 1964 года, когда вся их показная бравада и амбициозные заявления, казалось, начали приносить ощутимые результаты. Главным достижением Брайана стало возвращение R&B на историческую родину жанра — культурный сдвиг, который будет иметь глубокие и долгосрочные последствия. Для Брайана Америка была колыбелью блюза; Олдхэм же видел в ней царство ловких дельцов — и горел желанием вписать своё имя в историю этой страны. Ирония судьбы заключалась в том, что для обоих момент триумфа стал началом падения: подобно Фаусту, каждый из них заключил свою роковую сделку. Для Брайана промежуток времени между его великим триумфом и осознанием того, что его жизнь вышла из‑под контроля, оказался головокружительно коротким. В конце 1964 года песня, воплощавшая его новаторское видение, возглавила британские чарты, однако сама запись обернулась для него новым болезненным унижением, а к следующей весне он уже размышлял о будущем вне группы, которую сам же и создал.
♪ ♪ ♪
По словам Джеймса Фелджа, судьба Брайана Джонса круто изменилась в тот момент, когда после переезда с Эдит‑Гроув буквально «всё пошло наперекосяк». Совместное проживание Мика, Кита и Эндрю Олдэма на Мейпсбери‑роуд не было результатом какого‑то продуманного плана. Однако именно этот период стал главным вкладом Олдема в историю популярной культуры: он буквально вынудил Мика и Кита творить вместе — со множеством взаимных претензий и попыток друг друга превзойти. В наши дни все знакомы с шаблонными образами «Стоунз»: Мик — невозмутимый и собранный, словно прирождённый менеджер, Кит — исполненный развязной самоуверенности и пиратского вида. Но такой взгляд слишком упрощает истинную природу их отношений — смесь восхищения и подозрительности, уходящую корнями в те времена, когда они случайно столкнулись друг с другом на платформе железнодорожной станции Дартфорд, имея в запасе полчаса свободного времени. Тогда Кит и сказал своему приятелю с Вентворт‑роуд: «Сто лет тебя не видел! А что это у тебя там под мышкой?» Сегодня Кит по‑прежнему с теплотой вспоминает свою мальчишескую привязанность к Мику, но к ней примешивается лёгкая настороженность из‑за того, как Мик распоряжался своим небольшим преимуществом: он был на год старше Кита и потому чувствовал себя чуть авторитетнее, а его внушительная коллекция пластинок только укрепляла этот статус. На тот момент скромная заначка винила Кита состояла из «кавер‑версий, да ещё и по сниженной цене, ну, в общем, ерунда полная», поэтому то, что у Мика были оригинальные записи, имело огромное значение. «Он показывает мне эти пластинки Chess, а я такой: „Вау!“», — говорит Кит. «Он на меня довольно долго реально влиял, [потому что] он уже тогда смотрел на весь мир, а не только на Англию, и вообще у него всё было схвачено». Почти щенячье уважение Кита к Мику сохранялось несколько лет — до тех пор, пока на сцене не появился Брайан Джонс. Его богатый музыкальный и личный опыт выставлял и Мика, и Кита едва ли не подражателями, только мечтающими пробиться наверх. Сегодня Кит нередко отпускает в адрес Брайана жёсткие, почти безжалостные шутки, но отголоски влияния Джонса никуда не делись. «Брайан Джонс был первым, кто открыл мне столько Джимми Рида и Роберта Джонсона, — вспоминает Кит. — Просто он так и не смог принять тот факт, что автором песен был не он». Кит вспоминает тот переломный момент, когда они с Миком стали теми самыми парнями, которые пишут песни, как «ту ночь, когда нас заперли на кухне на Мэйпсбери‑роуд». Вот только Мик и Олдхэм эту легенду не поддерживают — у них своя версия. На самом деле «Стоунз» уже написали несколько песен как группа, в том числе "Little By Little" и "Off The Hook", и все они были подписаны псевдонимом «Nanker Phelge». Кроме того, ещё в январе 1964 года Мик и Кит начали пробовать силы в соавторстве: они обсуждали музыкальные идеи с Джином Питни, одним из PR‑клиентов Олдхэма. Главная заслуга Олдхэма была не в том, чтобы заставить «Стоунз» писать песни, а в продвижении бренда «Джаггер‑Ричардс» как соперника дуэта Леннон‑Маккартни. «Он был одержим идеей, что это должен быть дуэт, как у „Битлз“», — говорит PR‑партнёр Олдхэма Тони Калдер. «Вот почему это должны были быть Джаггер‑Ричардс. То же самое было и с Small Faces, где всё приписывалось дуэту Марриотт‑Лейн, хотя на самом деле все песни писал сам Стиви [Марриотт]». Со временем репертуар «Стоунз» перестал включать песни, подписанные псевдонимом Nanker Phelge, в то время как Мик и Кит продолжали оттачивать своё мастерство. Многие из их ранних работ были поверхностными вещицами, напоминая стилизацию под Фила Спектора, но они не сдавались. Волшебный момент Кита на кухне случился в апреле 1964 года — к тому времени Олдхэм был одержим сияюще‑гипнотической Марианной Фейтфулл — он описывал её как«ангела с большими титьками», с которой Эндрю познакомился на вечеринке 27 марта. Марианна станет ключевой фигурой в мифологии «Стоунз»; вдохновение для первой великой песни Джаггера и Ричардса — лишь начало её наследия. Олдхэм настойчиво добивался, чтобы Мик и Кит сочинили песню для его новой протеже. «Вероятно, это был отчаянный шаг с его стороны, — говорит Кит, — но иногда мать изобретательности — это необходимость, и когда на кухне уже занимался рассвет, у нас появилась "As Tears Go By". Шесть недель спустя она уже была в Топ‑10». Одна эта песня изменила как судьбу Эндрю Олдхэма, так и баланс сил внутри «Стоунз». Тем самым она ознаменовала начало конца доминирования Брайана в группе. И всё же, хотя Олдхэм всегда готов нелестно отозваться о Брайане — «сучка из трущоб» — он утверждает, что, хотя Брайан и чувствовал изменение в расстановке сил, он ни разу не дал волю эмоциям. «Возможно, Брайан испытывал ко мне неприязнь, — вспоминает Олдхэм сегодня, — но внешне он этого никак не проявлял. Да и вообще, если там что и было, мы не разбирались и не выясняли отношения. Мы все были слишком заняты».
Поймал себя на мысли, что в последнее время наряду с альбомом Пола часто слушаю альбом the Cure «Songs of a Lost World».По содержанию - об одном и том же... Пол более мягко, Роберт - более мрачно...
Получил эстетическое удовольствие даже просмтривая дневник матча США. Неуклюжие американцы комично реагируют при виде мяча. напомнило советскую кинокомедию кажется Штрафной удар.
Re: Чемпионат мира по футболу - 2026 Автор:tektonikaДата: 07.07.26 11:41:37
Сегодня смотрим Аргентина-Египет, Месси - Салах... Желающим проводить только чемпионат Европы можно отдохнуть в сторонке. Кстати, не факт, что футбол зародился в Европе.
Re: Город Питер Автор:V_NikolaeffДата: 07.07.26 11:12:28
>Просто Европа должна проводить свой материковый >чемпионат и все. Кто и во что играет за пределами >не интересно. Европа родина футбола пусть так >и будет. И не смешивать дворовые команды с мастерами.
Тут я соглашусь. ФИФА себя изжило. Никакого отношения к футболу оно не имеет. Это чистая коммерция, как подороже продать свой бренд. Влияние ФИФА на футбол только негативное. Одно только выдумывание новых правил в угоду коммерции плохо влияет на игры. Как пример, организация водопоев на матчах ЧМ ради рекламы, бессмысленное увеличение числа команд в финальной стадии. Всё ради денег. Я уж не говорю о тотальных поправках в правилах, которые существовали незыблемо более 100 лет. Всё это появилось при Инфантино. УЕФА стоит подумать об отделении. В конце концов о проведении ЧМ федерации могут договорится сами, без этих алчных финансистов из ФИФА.
Re: Чемпионат мира по футболу - 2026 Автор:опоситиДата: 07.07.26 08:04:26
Просто Европа должна проводить свой материковый чемпионат и все. Кто и во что играет за пределами не интересно. Европа родина футбола пусть так и будет. И не смешивать дворовые команды с мастерами.
Re: Чемпионат мира по футболу - 2026 Автор:Сергей ХолодиловДата: 07.07.26 07:59:16
>Меньше двух недель осталось до события. >Сам не попаду, но "мысленно вместе" >. >Господа, готовьте матчасть и голоснички, >восторг требует личного участия. >Аналогично и дамы! >. >ssw2ssw :) с уважением к каждому
Вроде бы на вечер дождя в прогнозе нет, так что надо ехать.
Re: СТРЕЛА сегодня Автор:Сергей ХолодиловДата: 07.07.26 07:03:50
