Новость "Хит о разводе и разочаровании, который Пол Маккартни назвал своим любимым синглом 1979 года"

Пол Маккартни одобрил песню. Звукозаписывающая компания её возненавидела. Как экзистенциальный поп-рок-шедевр неожиданно сделал своих создателей суперзвёздами по обе стороны Атлантики В июле 1979-го во время интервью журналу Rolling Stone Пола Маккартни спросили, какую музыку он слушает в тот год. Он ответил, что ему нравятся Squeeze, The Jam и Элвис Костелло, но особо выделил две песни. Одна из них — «Lord Lucan Is Missing» брайтонской панк-группы The Dodgems. Другой, чуть более серьёзный выбор, — «The Logical Song»: песня, отмеченная премией Айвора Новелло, входившая в первую десятку по обе стороны Атлантики, две недели занимавшая первое место в Канаде и ставшая главным хитом Supertramp. Для Роджера Ходжсона, одного из лидеров Supertramp, это был наивысший комплимент. «Я вырос на Битлз, — говорит он. — Поэтому было чудесно услышать, что Пол Маккартни любит мою песню». Ходжсон всегда знал, что «The Logical Song» — вещь особенная. «Когда пишешь песню, иногда чувствуешь, что получилось процентов на восемьдесят, — говорит он. — Но с «The Logical Song» у меня было ощущение, что я попал в точку на все сто. Как мелодия, как текст, как аранжировка и как запись — она действительно совершенна в своей завершённости». «The Logical Song» стала самым большим хитом в карьере Supertramp: песня попала в первую десятку в США и Великобритании, а альбом «Breakfast in America», в который она вошла, превратился в многомиллионный феномен и возглавил чарты. Кроме того, песня получила престижную премию Айвора Новелло в категории «Лучшая песня с музыкальной и текстовой точки зрения». И, как признаёт Ходжсон, именно содержание текста — не меньше, чем мастерски сделанная музыка, — помогло «The Logical Song» найти отклик у такой огромной аудитории. «Великая песня, — говорит он, — это та, с которой люди могут себя соотнести, которая их трогает, заставляет что-то почувствовать». В «The Logical Song» Ходжсон опирался на опыт собственного непростого детства и создал экзистенциалистскую поп-рок-классику, где задал самый большой вопрос из всех: в чём смысл жизни. С тех пор как Supertramp сформировались в 1969 году, творческим ядром группы были Ходжсон и Рик Дэвис. Оба пели ведущие партии и играли на клавишных, а все песни писали они вдвоём. Между Ходжсоном и Дэвисом существовала схема, похожая на ленновско-маккартниевскую в Битлз: они сочиняли по отдельности, но всегда делили авторство. Однако, как сейчас говорит Ходжсон, «The Logical Song» никак не была написана в соавторстве: «Это была именно моя песня». «The Logical Song» начала складываться в 1978 году. Группа находилась в Лос-Анджелесе и собиралась приступить к записи альбома «Breakfast in America», когда Ходжсон сел один за электрическое пианино Wurlitzer и стал играть последовательность аккордов, с которой время от времени возился уже пару месяцев. «Эти аккорды у меня были записаны, — говорит он. — И, честно говоря, я не придавал им большого значения. Но однажды, когда я их играл, я услышал мелодию. А когда начал петь эту мелодию, первым словом, которое пришло мне в голову, было liberal». Ходжсон тут же стал подбирать рифмующиеся слова: intellectual, radical... logical. И в этот момент вся концепция песни встала на место: «Я сразу понял, что хочу сказать. Песня родилась из моих вопросов о том, что в жизни действительно важно. В детстве нас всё время учат, как себя вести, но почти никогда не говорят ничего о более глубокой цели жизни. Мы переходим от невинности и чуда детства к подростковой растерянности, а она часто заканчивается разочарованием во взрослой жизни. И многие из нас потом всю жизнь пытаются вернуться к той невинности». В «The Logical Song» Ходжсон выступил с жёсткой критикой системы образования. Эту тему он уже затрагивал в «School» — песне с прорывного альбома Supertramp «Crime of the Century» 1974 года, знаковой пластинки прогрессивного рока. Но, как говорит Ходжсон, «The Logical Song» была «очень автобиографичной». Повествование от первого лица прямо отсылало к его годам в школе-интернате: он был «застенчивым и чувствительным» мальчиком, на которого сильно повлиял развод родителей, когда ему было 12 лет: «Меня отправили прочь, чтобы научить быть благоразумным, логичным, ответственным, практичным / И показали мне мир, где я мог бы стать таким надёжным, клиническим, интеллектуальным, циничным...» Ходжсон вложил в текст много работы. «Мне нужно было придумать все эти слова, заканчивающиеся на -al, — говорит он. — Так что это был единственный раз, когда при написании текста я заглянул в словарь». А в музыке его внимание к деталям граничило с одержимостью. Основой стал рифф электрического пианино: «В нём было очень ударное, ритмическое ощущение, которое мне ужасно нравилось». Но когда работа началась в лос-анджелесской студии Village Recorder, Ходжсон стал указывать каждому участнику группы, что именно тот должен играть. «Главным аранжировщиком в группе был я, — говорит он. — Я проходил по всем партиям, вплоть до барабанных сбивок. Это как пазл. Ничего лишнего там быть не должно. Всё было оркестровано, и именно поэтому песня так хорошо работает». В готовую запись вошли разные звуковые эффекты. Джон Хеллиуэлл, уже сыгравший хрипловатое саксофонное соло, добавил тяжёлый вздох во вступлении и свистнул в свисток, обозначив начало финального фрагмента. А неожиданный комический штрих дала пищалка с сигналом «гол» из электронной футбольной игры Mattel, в которую Рик Дэвис любил играть между дублями. «Мы весь день слышали, как этот звук разносится по студии, — говорит ...

https://www.beatles.ru/news/news.asp?news_id=17763