«Вот из каких нот складывается этот удивительный аккорд»: как один человек с помощью математики разгадал главную гитарную загадку Битлз

Кристофер Скапеллити

Песня «A Hard Day’s Night», вышедшая 10 июля 1964 года, более 60 лет заставляет гитаристов ломать голову над знаменитым вступительным аккордом. Вот почему никому так и не удалось воспроизвести его в точности.

Один из самых узнаваемых звуков в истории рока десятилетиями вызывает споры среди музыкантов, исследователей и поклонников Битлз. Даже Джордж Харрисон в разные годы по-разному рассказывал о том, что именно он сыграл. А поскольку Харрисона, Джона Леннона и Джорджа Мартина уже нет в живых, окончательно разгадать эту загадку, возможно, так и не получится.

Ситуацию осложняет то, что звук, который слушатели воспринимают как один аккорд, на самом деле складывается из партий сразу нескольких инструментов — фортепиано Мартина, электроакустической Gibson J-160E Леннона, 12-струнной электрогитары Rickenbacker 360/12 Харрисона и баса Höfner Пола Маккартни. В некоторых разборах партию Мартина вообще не учитывают, но как ни распределяй отдельные партии, одному гитаристу воспроизвести знаменитое вступление решительно невозможно.

«Мы знали, что эта песня будет открывать и фильм, и альбом с саундтреком, поэтому нам хотелось особенно мощного и эффектного начала, — объяснял Мартин. — Резкий гитарный аккорд подошел идеально».

Так и вышло. Спустя более шести десятилетий этот аккорд по-прежнему охотно разбирают авторы роликов на YouTube, пытаясь раскрыть его секрет. А одно из первых серьезных исследований этой загадки появилось на страницах журнала «Guitar Player» еще в 2005 году — примерно за год до официального запуска YouTube для широкой публики.

За это исследование взялся доктор Джейсон И. Браун, профессор математики и информатики Университета Далхаузи в Галифаксе. Он применил математический метод, известный как преобразование Фурье, чтобы разложить запись на составляющие ее частоты.

Как объяснял Браун, в одной из самых распространенных в то время расшифровок этот аккорд складывался из нот G, D, F, C, D и G, сыгранных на одной гитаре. В сборнике партитур «The Beatles Complete Scores» предлагалась другая версия: Харрисон играет на 12-струнном Rickenbacker ноты G, D, G, C, D и G, Леннон на своей электроакустической Gibson — D, G, C и G, а Маккартни берет на басу низкую D.

Чтобы проверить эти версии, Браун проанализировал односекундную цифровую запись аккорда. Применив к звуку преобразование Фурье, он округлил значения 48 частот с наибольшей амплитудой до ближайшего полутона.

Анализ выявил 23 различные ноты в диапазоне почти пяти октав: A2, D3, F3, G3, A3, C4 (до первой октавы), D4, G4, A4, C5, D5, G5, B5, C6, D6, E6, F#6, G#6, A6, D7, E7, F7 и G7.

«Теперь понятно, почему самые распространенные варианты этого аккорда не могут быть верными, — писал Браун. — В каждом из них присутствует низкая G2, но анализ частот совершенно определенно ее не показывает. Изучив частоты, я обнаружил, что одна из частот, соответствующих D3, сильнее остальных; это позволяет предположить, что ее дает бас Маккартни. Но остальные низкие ноты невозможно было соотнести с 12-струнной гитарой Харрисона, даже если учитывать ноты, сыгранные Ленноном на шестиструнной».

К разгадке Браун приблизился, когда перестал исходить из того, что весь звук создают только гитары.

«Продолжив рассуждение, я обнаружил, что присутствие фортепиано действительно решает проблему с частотами, — писал он. — Главное — фортепиано там действительно есть: это следует из расчетов».

Вывод Брауна не дает ответа на все вопросы, связанные со знаменитым вступительным аккордом, и споры вокруг него вряд ли когда-нибудь прекратятся окончательно. Но он объясняет, почему поколения гитаристов никак не могли его воспроизвести: они пытались сыграть на одной гитаре то, что изначально создавалось несколькими инструментами.