Барри Манилоу вернулся на сцену после шестимесячного перерыва и рассказал, что во время восстановления после операции ему помогали альбомы Битлз и письма поклонников.

Новый концерт Барри прошёл 9 июня в Глазго и стал первым выступлением Манилоу после вынужденной паузы. Ранее он перенёс операцию по удалению опухоли в лёгком: рак у певца диагностировали в декабре.

Во время 90-минутного шоу музыкант обратился к зрителям и рассказал о моменте, когда врач сообщил ему диагноз. «Когда я оправился от шока, знаете, что я сделал? Я включал альбомы Битлз снова, снова и снова», — заявил он.

Певец пошутил, что дома не выдерживали этих бесконечных прослушиваний, а собаки начинали выть.

Манилоу также поблагодарил поклонников за сотни сообщений, писем и пожеланий со всего мира.

Музыканту и продюсеру Питеру Эшеру скоро исполнится 82 года. Новый документальный фильм рассказывает о его жизни и работе с самыми разными артистами — от Джеймса Тейлора и Кэрол Кинг до Пола Маккартни.

Автор: Джим Фарбер

Питер Эшер не хотел давать это интервью. Несколько лет назад у него была такая же реакция, когда режиссёры Дэйна Голдфайн и Дэн Геллер предложили снять документальный фильм о его жизни и карьере.

«Не думаю», — вспоминает он свой ответ. Наш разговор всё же состоялся — после нескольких настойчивых просьб со стороны пиарщика фильма, которому удалось уговорить Эшера на одну беседу.

«В моей жизни поразительно мало стандартных рок-н-ролльных драм с наркотиками и сексом, — сказал Питер. — Поэтому я подумал, что документальный фильм обо мне вряд ли кому-то захочется смотреть. Звучит скучно».

На самом деле всё наоборот. История Эшера — одна из самых ярких и значимых в музыкальной истории, потому что его достижения не раз меняли ход поп-музыки. Благодаря важной роли, которую он сыграл в судьбах Джеймса Тейлора и Кэрол Кинг, Питер помог запустить ту мягкую революцию, после которой авторы-исполнители в 1970-е стали доминировать в чартах.

Он отчасти ответственен и за так называемый лос-анджелесский звук — стиль, воплощённый в безупречно выстроенных альбомах, которые он продюсировал для Джеймса Тейлора, Линды Ронстадт и других артистов. При этом Эшер резко поднял статус студийных музыкантов, с которыми работал: он повлиял на то, как обычные слушатели понимали и ценили инструменты, звучавшие на любимых пластинках. Неудивительно, что документальный фильм о его жизни называется «Everywhere Man».

Есть в этой истории и более светская, почти сплетническая сторона. Питеру можно приписать — или поставить в вину — косвенное участие в двух самых известных романтических историях рок-н-ролла: союзе Джона Леннона и Йоко Оно, а также отношениях Марианны Фейтфул и Мика Джаггера.

И хотя в собственной жизни Эшера действительно было немного секс-скандалов и наркотических авантюр, через людей вокруг него он оказался связан с мучительными историями зависимости, психических срывов и даже самоубийства.

По поведению Питера, однако, всего этого не скажешь. Он разговаривает по Zoom из своего дома в Малибу (Калифорния), где восстанавливается после падения, раздробившего ему ногу. В 81-летнем продюсере заметна заботливая мягкость любимого профессора. Он говорит ясно и увлекательно, демонстрируя ум, который, как оказалось, привлекал других музыкантов куда сильнее, чем любые декадентские выходки.

«Я склонен мыслить довольно логично и с определённой интеллектуальной вовлечённостью, — сказал Эшер. — Возможно, это помогло».

Такой склад ума достался ему почти по наследству. Его родители были уважаемыми интеллектуалами и творческими людьми. Мать — опытная гобоистка, преподававшая в лондонской Королевской академии музыки; отец — эндокринолог, первым описавший синдром Мюнхгаузена.

Показательно, что отец Питера не назвал синдром в свою честь, хотя большинство людей на его месте, вероятно, поступили бы именно так. «Он был человеком удивительного характера, — сказал Эшер. — Он считал, что называть болезнь собственным именем было бы неоправданно эгоистично».

Вместо этого он взял имя барона Мюнхгаузена — вымышленного персонажа XVIII века, чьи выдумки напоминали психологию злонамеренных фантазёров, характерную для этого синдрома.

Питеру повезло не только с необычными родителями. Он унаследовал и ярко-рыжие волосы — как его сёстры Клэр и Джейн. В детстве это привлекло к ним внимание кастинг-агентов, и дети начали получать роли в кино. В фильме «The Planter’s Wife» Эшер сыграл сына голливудской звезды первой величины Клодетт Кольбер.

«Сам факт, что настоящая голливудская звезда играла мою мать, был для меня невероятно волнующим, — сказал он. — Тем более когда мне удалось её поцеловать. И поцеловал я её очень энергично».

Из детей только Джейн стала заметной киноактрисой, но именно её связь с крупной поп-звездой повлияла на музыкальную карьеру Питера. Когда они были подростками, за Джейн ухаживал Пол Маккартни. Его привлекали не только её красота и обаяние, но и ум Питера, а также образованность их родителей.

«Пол жадно интересовался самой разной музыкой, включая классическую, — сказал Эшер. — Моя мать говорила ему: это кларнет, это гобой. Именно так он понял, что для «Yesterday» правильным составом будет струнный квартет».

Связь Джейн с Маккартни была не первым пересечением семьи Эшеров с Битлз. Когда продюсер группы Джордж Мартин ещё учился в Guildhall School of Music & Drama, ему требовалось освоить второй инструмент, и он выбрал гобой. Желая учиться у лучших, он брал частные уроки у матери Эшера в их доме.

А когда Битлз начали становиться невероятно популярной группой, Маккартни нашёл убежище на верхнем этаже дома Эшеров на Wimpole Street, 57. Там он написал, в частности, «Yesterday».

«Полагаю, моя мать была первым человеком, который услышал эту песню в самой ранней, ещё сырой форме», — сказал Питер.

В подвале этого дома Маккартни и Леннон вместе написали «I Want to Hold Your Hand». Но карьеру самого Эшера запустила другая песня Пола. Он создал дуэт с другом Гордоном Уоллером, опираясь на гармонии Everly Brothers, но сильных собственных песен у них не было.

К счастью, Маккартни как раз сочинил «A World Without Love», которую Джон считал слишком приторной, чтобы записывать. Поэтому Пол предложил песню дуэту, уже известному как Peter and Gordon. И — чудо из чудес — в 1964 году она взлетела на первое место и в британском, и в американском чартах.

После этого Эшер бросил учёбу, что встревожило даже его в целом понимающих родителей. «Думаю, они ожидали, что я выберу приличную профессию, например стану врачом, а не брошу университет без всякой уважительной причины — кроме того, что у меня была пластинка номер один, — сказал Питер. — Я считал это очень уважительной причиной».

В дуэте Гордон считался сексуальным, а Питер — «милым»: с его эльфийскими чертами лица и застенчивой манерой. Очки в роговой оправе и кружевные наряды, которые он носил, позже породили предположения, что внешне — хотя и не по характеру — он мог вдохновить Майка Майерса на образ Остина Пауэрса. Сам Эшер говорит, что ничего об этом не знает.

В любом случае роль поп-звезды его не особенно интересовала. Отчасти поэтому вскоре он вместе с друзьями Барри Майлзом и Джоном Данбаром открыл книжный магазин и художественную галерею.

Галерея вошла в историю как место, где Джон Леннон встретил Йоко Оно. На выставке была её остроумная работа, которая заинтересовала музыканта.

Эшер сыграл не менее важную роль и в начале карьеры Марианны Фейтфул. Тогда она была замужем за Данбаром, и Эшер пригласил их обоих на вечеринку. Там Марианна познакомилась с менеджером The Rolling Stones Эндрю Лугом Олдэмом. Очарованный её красотой, он спросил, умеет ли она петь. Фейтфул ответила, что да, — и он подписал с ней контракт. Для Марианны это было волнующим событием, для Данбара — куда менее радостным: вскоре она бросила его ради Джаггера.

Каким бы успешным ни был дуэт Peter and Gordon, их хиты писали другие. Эшеру хотелось заниматься музыкой без необходимости самому выходить на сцену, и дуэт вскоре распался. Хотя он прежде никогда не продюсировал альбом, бывший вокалист Manfred Mann Пол Джонс попросил его заняться своим первым сольным альбомом в 1966 году. Результат получился блестящим. Альбом не стал хитом, но, по словам Питера, «укрепил во мне мысль, что я могу — и должен — быть музыкальным продюсером».

Тем временем поступило предложение, от которого было невозможно отказаться: Битлз предложили ему стать руководителем A&R в их новом лейбле Apple. В числе артистов, которых он подписал, были Билли Престон, Badfinger и — особенно важный для Эшера — Modern Jazz Quartet.

Но подписание, изменившее его жизнь, было связано с молодым американцем по имени Джеймс Тейлор. «В Джеймсе меня восхищало всё, — сказал Питер. — Когда я впервые попросил его сыграть на гитаре, я подумал: боже мой, вот человек, у которого ловкость и стилистическая элегантность Джулиана Брима, но с ритм-энд-блюзовыми гармоническими ходами. Его голос звучал по-настоящему фолково, хотя он вообще не пел фолк. В нём было странное сочетание ясности классической музыки и гармонического элемента джаза».

Одноимённый альбом Тейлора, который продюсировал Эшер, был перегружен оркестровками, скрывавшими камерность его стиля. «Это была моя попытка доказать себя как продюсера, поэтому я решил: надо, чёрт возьми, как следует попродюсировать, — сказал он. — Возможно, я переборщил».

Не помогало и то, что Apple с самого начала был хаотичным предприятием. Для неизменно организованного Питера это стало поводом уйти из компании — и забрать Тейлора с собой.

Этот шаг пришёлся на драматический момент его жизни. В 1969 году отец Эшера покончил с собой, оставив семью потрясённой и убитой горем. Он лишился должности в больнице, где работал, и впал в депрессию, хотя Питер не хочет называть какую-то одну причину.

«Это было бы слишком просто и, думаю, бесполезно», — сказал он.

Чтобы справиться с этим, Эшер сосредоточился на том, чтобы сделать Тейлора звездой. Переехав в Лос-Анджелес, он быстро добился для него контракта с Warner Bros. Records, а затем стал одновременно его продюсером и менеджером. Это было непросто: к тому времени Тейлор уже был тяжело зависим от наркотиков.

«Я мало знал о наркозависимых, но немного почитал в библиотеке, чтобы понять, что мне делать, — сказал Эшер. — Я спросил Джеймса: как я могу помочь?»

К счастью, по словам Эшера, «тяга Тейлора к наркотикам была равна его амбиции и таланту»: «Это страшная история, но у неё счастливый конец».

И правда: дебют Тейлора на Warner Bros. «Sweet Baby James» стал большим хитом. Более того, это был один из первых альбомов авторов-исполнителей, прорвавшихся к массовому успеху, предвосхитив волну коммерческих триумфов, которая в следующие полтора года захлестнула таких артистов, как Кэт Стивенс, Элтон Джон и Джони Митчелл.

Эшер сыграл важную роль и в превращении Кэрол Кинг из автора хитов первой величины в крупную исполнительницу. Когда он попросил её открывать концерты Тейлора в туре 1970 года, она ещё ни разу не выступала с сольным шоу. Он также убедил её разрешить Тейлору записать её песню «You’ve Got a Friend», которая стала хитом.

«Это противоречило обычным правилам шоу-бизнеса: хит не отдают, — сказал Питер. — С её стороны это было невероятно щедро».

Эшер был щедр и по отношению к студийным музыкантам, игравшим на альбомах под его руководством. На обложках пластинок он давал заметные благодарности таким музыкантам, как гитарист Дэнни Кортчмар и басист Ли Склар. Такой щедрости сессионные музыканты прежде не получали.

«Тогда я не понимал, что это настолько радикальное изменение, — сказал Эшер. — До этого фотограф, снявший обложку альбома, был указан заметнее, чем люди, которые играли на пластинке. Мне это казалось нелепым».

Подобный подход не только сделал звёздами таких музыкантов, как барабанщик Расс Канкел, но и научил обычных слушателей понимать, какую роль каждый инструмент играет в общем миксе.

Многих из этих музыкантов Эшер привлекал и к хитовым альбомам Линды Ронстадт, с которой он также сотрудничал как менеджер. До работы с ним Ронстадт записала четыре неудачных альбома. Питер сформировал её звучание, но при этом он прислушивался к ней, чего прежде не делал ни один продюсер.

«До этого она постоянно сталкивалась с отношением в духе: не забивай свою хорошенькую головку такими вещами, — сказал он. — Люди не могли поверить, что можно быть настолько хорошей певицей, настолько красивой, умной и начитанной одновременно. В ту эпоху это просто не укладывалось в голове».

Звук, которого Эшер добивался для Ронстадт и других артистов, стал воплощением лос-анджелесского звучания. Не всем это нравилось.

«Говорили: слишком чисто, — сказал Питер. — Наверное, я виноват. Когда решаю, есть ли в записи лишние ноты или аккорды, я становлюсь почти маниакально чистоплотным. Я не очень люблю мутность».

В результате появилось много популярных альбомов, а сам Эшер дважды получил Грэмми как продюсер года. Позже он работал с самыми разными артистами — от Шер и Дайаны Росс до Рэнди Ньюмана. Его самая свежая продюсерская работа — дуэтный альбом Барбры Стрейзанд 2025 года: для этого проекта Питер соединил её, например, с исландской певицей Лауфей, которой он восхищается. Так же его очаровывают молодые артистки вроде Raye и Rosalía.

И всё же, приближаясь в этом месяце к 82-летию, Эшер остаётся скромен в оценке собственных достижений. Когда я спросил, что нужно, чтобы прожить такую впечатляющую карьеру, он ответил быстро.

«Секрет прост, — сказал он. — Работать с невероятно талантливыми людьми».

Пол Мескал и Барри Кеоган снялись на яхте Happy Days для сцен к фильмам о Битлз.

Судя по опубликованным кадрам, актеры попытались воссоздать эпизоды отдыха Пола Маккартни и Ринго Старра в мае 1964 года вместе с Джейн Эшер и Морин Кокс.

В оригинальной поездке Пол и Ринго отправились на Карибы после завершения съёмок фильма «A Hard Day’s Night».

Ринго Старр и его All-Starr Band выступили в Kiva Auditorium в Альбукерке. Концерт прошёл 8 июня и собрал зрителей разных поколений.

Выступление стало восьмым в весеннем туре 16-го состава All-Starr Band. Тур включает 12 концертов в мае и июне.

В начале концерта сэр Ринго сказал публике: «Каждый человек в этом зале знает хотя бы одну песню». В программе были хиты времен Битлз, сольные песни Старра и песни участников All-Starr Band.

Некоторые зрители пришли в костюмах эпохи «Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band». Вики Сифуэнтес, которая в октябре уже видела концерт Пола Маккартни, назвала возможность попасть на выступление ещё одного участника Битлз событием, которое случается «раз в жизни».

Габриэль Лейба сказал, что Старр устраивает «потрясающее шоу»: «В 86 лет он все еще танцует там так, будто ему 20».

Во время концерта сэр Ринго ненадолго уходил со сцены, пошутив, что отправляется в гримёрку выпить чашку чая. Вечер завершился «With a Little Help From My Friends» и коротким бисом «Give Peace a Chance».

Сет-лист:

‘Matchbox’
It Don’t Come Easy
‘Rosanna’ (Steve Lukather)
‘Pick Up The Pieces’ (Hamish Stuart)
‘Down Under’ (Colin Hay)
‘Boys’
‘I’m The Greatest’
‘Yellow Submarine’
‘Cut The Cake’ (Hamish Stuart)
‘Octopus’s Garden’
‘No No Song’
‘Choose Love’
‘Overkill’ (Colin Hay)
‘Africa’ (Steve Lukather)
‘Work To Do’ (Hamish Stuart)
‘I Wanna Be Your Man’
‘Who Can It Be Now?’ (Colin Hay)
‘Hold The Line’ (Steve Lukather)
‘Photograph’
‘Act Naturally’
‘With A Little Help From My Friends’
‘Give Peace A Chance’

В «Paperback Writer» превалирует звонкая бас-гитарная линия: такой саунд был вылеплен с помощью громкоговорителя, использованного вместо микрофона, помещенного напротив бас-динамика. Маккартни сыграл не на Хофнере, как обычно, а на Рикенбэкере.

«Rain» стала первой психоделической рок-песней, и не только,.. вспоминает Джон Леннон:

«Я взял пленки домой, чтобы подумать, что еще можно было бы сделать с ними, поскольку песня звучала не так, как мне хотелось.
Я вернулся домой из студии, накурился марихуаны и, как обычно, решил послушать то, что было записано за день. Как-то вышло, что я поставил пленку задом наперед и застыл, словно завороженный. На голове у меня были наушники, а во рту косяк. На следующий день я примчался на студию и заявил: «Я знаю, как быть с песней! Послушайте!» И проиграл песню в обратном порядке.

Мне хотелось записать именно так всю песню. В конце концов мы записали таким образом часть вокала и половину гитарной партии.

Это был дар Божий - дар Джаха, бога марихуаны. Джах подарил мне эту идею. Эта запись стала первой в мире записью, пущенной задом наперед до Хендрикса, до the Who, до всех остальных говнюков. Сейчас найдется кто-нибудь, кто скажет, что это не моя идея. Может быть, но до песни «Rain» ничего такого в музыке не было. В песне «I`m Only Sleeping» тоже звучат гитары, пущенные задом наперед».

Р. Старр: «Партию ударных в «Rain» я считаю выдающейся: мне казалось, что за барабанами кто-то другой - настолько я был одержим».

На обе композиции в оранжерее лондонского Chiswick House были сняты высокохудожественные промо-ролики, поскольку битлам надоело прорываться через толпы визжащих поклонников, чтобы представлять новые песни на ТВ. Логичным и новаторским выходом было создание соответствующих мини-фильмов.

Дж. Харрисон: «По сути, мы изобрели MTV».

Концерты. Санкт-Петербург. 18.6.2026. День рождения Пола Маккартни!

От «McCartney» Пола до «Ringo» Ринго — некоторые из лучших пластинок «ливерпульской четвёрки» появились уже после того, как самой группы не стало

Автор: Киллиан Фейт-Келли

В апреле 1970 года Пол Маккартни объявил то, о чём к тому моменту уже столько раз ошибочно писали, и поверить в это было почти невозможно: Битлз, самая великая группа в истории популярной музыки, распалась. В течение недели Маккартни выпустил первый сольный альбом, а до конца года сольные пластинки появились и у остальных участников.

С тех пор бывшие участники Битлз в сумме выпустили около 85 альбомов — точное число зависит от того, как считать сольные, концертные, экспериментальные, архивные и совместные релизы. Для слушателя, который хочет выйти за пределы компактной дискографии Битлз из двенадцати студийных альбомов, это огромный массив. Но именно в этих пластинках, по мысли автора, можно лучше понять, как работала сама группа: кто в чём был силён, кому чего не хватало, чьи инстинкты уравновешивали друг друга и что происходило, когда рамки Битлз исчезли.

GQ отобрал десять альбомов и выстроил их в рейтинг.

Десятое место: Ринго Старр — «Ringo» (1973)

Лучшей сольной работой Ринго автор называет альбом «Ringo» — во многом потому, что Старру удалось собрать вокруг себя всех трёх бывших коллег по Битлз, а также Рэнди Ньюмана, Гарри Нилссона, Марка Болана и других музыкантов. Это не особенно помогает отбиваться от старого ярлыка «наименее талантливого битла», но сам альбом от этого не становится менее обаятельным.

Главная ценность пластинки — ощущение почти воссоединения Битлз после распада, пусть и без того, чтобы все четверо одновременно оказались на одной записи. Лучшей песней автор считает «Photograph», написанную Джорджем Харрисоном: в собственном исполнении Харрисона она вряд ли сработала бы так же, но для более лёгкой и жизнерадостной манеры Ринго подошла идеально.

Отдельно выделены ленноновская «I’m the Greatest» и собственная песня Старра «Oh My My». Общий тон альбома автор описывает как радостную встречу талантливых музыкантов, которые, кажется, просто получают удовольствие. Это единственный альбом Ринго в списке.

Девятое место: Пол Маккартни — «Chaos and Creation in the Backyard» (2005)

Этот альбом автор называет «чистым Полом»: причудливые, иногда почти взбалмошные идеи здесь обёрнуты в точные ритмические и мелодические конструкции. В результате песни звучат так, будто иначе они и не могли быть написаны: именно эти слова должны были лечь именно на эту музыку.

В качестве примера приводится открывающая «Fine Line». Исходная идея песни не выглядит очевидным материалом для поп-хита, но Маккартни делает из неё убедительную вещь: помогают настойчивое фортепиано и чёткая работа ритм-секции.

«Friends to Go» описана как посвящение Джорджу Харрисону, умершему за несколько лет до выхода альбома. Но особенно удачной автор считает «Anyway», где музыка становится мягче и свободнее. При этом альбом не лишён банальных моментов: в качестве примера приводится строка из «Follow Me». И всё же в целом пластинка показывает, насколько острым оставалось чувство песни у сэра Пола спустя три с половиной десятилетия после распада Битлз.

Восьмое место: Пол Маккартни — «McCartney» (1970)

Автор видит в первом сольном альбоме Маккартни своего рода демонстрацию независимости. Возможно, пишет он, Пол хотел показать бывшим коллегам, что могло бы получиться, если бы они больше доверяли его воле. На этой пластинке он сам записал почти все партии, а затем наложил их друг на друга в более шероховатой, домашней манере — заметно менее отполированной, чем поздние записи Битлз.

После выхода альбом критиковали за ощущение недоделанности и слишком сырой звук. Но с дистанции времени, считает автор, эта простота выглядит сильной стороной. Альбом воспринимается как освобождение от прежних оков. Его атмосфера строится не столько на связном повествовании или ясном послании, сколько на деталях звучания: странных маленьких шумах, фрагментах, фактуре.

Главная песня пластинки — «Maybe I’m Amazed». Здесь, по словам автора, Маккартни выстраивает вокруг одной фразы целую драматическую конструкцию и доказывает, что его голос способен выдержать такую нагрузку.

Седьмое место: Пол Маккартни — «Flaming Pie» (1997)

«Flaming Pie» описан как возвращение Маккартни в форму после нескольких менее удачных работ и периода, когда он выпускал не так много нового материала. Автор считает, что здесь Пол звучит почти максимально свободно: он никому ничего не доказывает, но и не пытается выдавить из себя образ, которого на самом деле нет.

Заглавная песня держится на почти бессмысленном, почти абсурдистском потоке образов, но Маккартни исполняет её с такой уверенностью, что слушатель принимает эту игру. «Calico Skies» начинается как нежная фолковая песня о любви, а затем почти незаметно превращается в антивоенное высказывание.

По мнению автора, простота этих песен тщательно выстроена, но звучит естественно. Она показывает, насколько сэр Пол к этому этапу карьеры научился доверять себе как сольному автору.

Шестое место: Джордж Харрисон — «Living in the Material World» (1973)

Четвёртый сольный альбом Харрисона — и второй после распада Битлз — автор относит к его главным работам как вокалиста и гитариста. «Give Me Love» приведена как пример песни, где Харрисон демонстрирует мастерство, но не уходит в «утомительную» виртуозность. Отдельно отмечено слайд-гитарное соло в «The Light That Has Lighted the World».

Автор пишет, что бесконечный поиск духовного просветления, характерный для музыки Джорджа, здесь проявляется и в сильных, и в менее удачных формах. Но на альбоме есть и лёгкость. «Sue Me, Sue You Blues» названа удачной сатирой на юридические войны после распада Битлз.

Работа Харрисона с Филом Спектором, продюсером «Let It Be», по мнению автора, помогает сделать альбом важным шагом к тому, что позже можно будет воспринимать как исповедальную поп-музыку. При этом пластинка спокойнее самых захватывающих моментов «All Things Must Pass», но в ней достаточно движения и ритмической энергии, чтобы удерживать внимание.

Пятое место: Пол Маккартни — «Ram» (1971)

«Ram» автор называет необычно колючим и местами довольно язвительным альбомом Маккартни. Леннон воспринял «Too Many People» как выпад в свой адрес и ответил песней «How Do You Sleep?» с альбома «Imagine».

«Ram» был встречен резко. Леннон, что неудивительно, говорил, что ненавидит альбом, и язвительно называл его безликой фоновой музыкой. Ринго тоже отзывался о пластинке плохо: он говорил, что она его расстраивает, потому что, по его мнению, там нет ни одной хорошей песни, и переживал, что Пол «становится странным».

Сегодня, пишет автор, «Ram» часто считают пластинкой, которая, возможно, изобрела инди-поп — или по крайней мере предложила новый подход к поп-музыке: более серьёзный, странный, изобретательный, но всё ещё рассчитанный на широкую аудиторию.

«3 Legs» автор считает ещё одним выпадом в адрес Леннона; песня развивается через причудливую цепочку стилей, вряд ли возможную внутри Битлз. «Heart of the Country» автор выделяет за необычное сочетание психоделики и акустической лёгкости. В финале раздела он пишет, что поклонники Битлз и Маккартни до сих пор спорят об этом альбоме: одни его горячо любят, другие остаются равнодушными. Но ясно одно: после прохладно принятого дебюта «Ram» был не отступлением, а шагом ещё дальше в выбранном направлении.

Четвёртое место: Джон Леннон — «Plastic Ono Band» (1970)

Когда «Plastic Ono Band» вышел, критики встретили его неоднозначно. Некоторым казалось, что альбом воплощает худшие инстинкты Джона: склонность к демонстративной жалости к себе и желанию поучать всех вокруг. В качестве примеров автор довольно резко упоминает «Working Class Hero» и «Love», которая, по его мнению, похожа на простую детскую песню — такую, за которую Леннон в битловские годы наверняка укорил бы Пола.

Но время, считает автор, всё больше работает в пользу этой пластинки. Причина не только в музыке, но и в том, что альбом даёт прямой доступ к внутреннему состоянию Джона в момент записи.

Музыкально автор выделяет пение Леннона в «God», которому, по его мнению, мало кто из современников мог соответствовать. «Mother» названа мощным, оголённым криком-песней, а «I Found Out» — вещью, способной поспорить с Led Zeppelin на их территории злого блюз-рока. В целом «Plastic Ono Band» описан как цельное, смелое художественное высказывание, которое лучше слушать от начала до конца.

Третье место: Джон Леннон — «Imagine» (1971)

«Imagine», по мнению автора, более удобен для слушателя, чем «Plastic Ono Band», но при этом столь же жёстко подчинён художественной воле Леннона. Это одновременно плюс и минус: альбом проповедует, маневрирует, увлекает и ускользает.

Заглавная песня названа музыкально аккуратной и впечатляющей, но текстово — автор оговаривается, что это спорная оценка, — похожей на манифест двенадцатилетнего. Следующая за ней «Crippled Inside» названа ироничной, язвительной и совершенно превосходной песней, а также скрытым выпадом в адрес Маккартни.

Диапазон альбома автор считает впечатляющим: рядом с «Imagine» и «Crippled Inside» он ставит более сырую и честную «Jealous Guy» и традиционную блюзовую «It’s So Hard». В итоге, пишет автор, на «Imagine» слышен почти весь диапазон Леннона. Но успех «Crippled Inside» доказывает лучше любой биографии, что Леннон, вероятно, был особенно силён, когда позволял себе быть немного неприятным человеком.

Второе место: Джордж Харрисон — «All Things Must Pass» (1970)

Распад Битлз стал для Харрисона моментом освобождения. Автор называет его вечным «дружкой» при двуглавой «невесте» Леннон—Маккартни: прежде он долго оставался в тени двух главных авторов группы, но после распада наконец получил возможность показать, что накопил за эти годы. Заглавная песня, «Isn’t It a Pity» и несколько других вещей раньше предлагались Битлз, но были отвергнуты.

С выходом «All Things Must Pass» Джордж, по мысли автора, вышел из этой тени победителем. Главный хит — «My Sweet Lord»: он позволил Харрисону соединить духовные интересы с яркой и лёгкой музыкой. Но настоящей вершиной автор считает «Awaiting on You All», где сильнее всего слышна госпел-энергия и религиозный подъём Харрисона..

Альбом чуть снижает себе оценку из-за третьей пластинки с длинными джемами, которые автор считает самодовольными. Но даже для них, добавляет он, есть своё время и место.

Первое место: Пол Маккартни и Wings — «Band on the Run» (1973)

Первое место GQ отдаёт «Band on the Run». Перед записью два участника Wings ушли из группы, и Маккартни пришлось играть на альбоме партии баса, барабанов и перкуссии и большую часть партий соло-гитары. Во время работы над пластинкой в Лагосе Пола и Линду ограбили, и у них среди прочего украли сумку с текстами и демо.

Автор пишет, что сам альбом, как и его песни, не должен был сработать — но в итоге сработал мощно и почти чудесным образом. Во многих песнях есть почти бессмысленные строки, которые благодаря ритму и музыке звучат так, будто они совершенно на своём месте.

Главная причина успеха альбома, по мнению автора, — его полная раскованность, в том числе свобода от требований «разумного» языка. Заглавная песня начинается мягко, туманно и обманчиво медленно, затем уходит в странную, мрачноватую вторую часть с барочным оттенком и синтезаторами, а потом раскрывается в радостную центральную тему с упругим басом и энергичной акустической гитарой.

В остальных песнях, считает автор, тоже нет провалов. Альбом движется через перепады энергии — громко и тихо, быстро и медленно — и служит одним из самых убедительных доказательств главного таланта сэра Пола: он умел писать поп-песни так, как никто другой.

В фан-сообществах Пола Маккартни снова обсуждают возможное делюкс-переиздание альбома Wings «Back To The Egg».

Поводом стал пост участника группы Paul McCartney Official Fan Group. Он рассказал, что поговорил с барабанщиком Wings Стивом Холли после концерта и спросил его о делюкс-издании «Back To The Egg». По его словам, Холли ответил, что релиз «выйдет в следующем году».

Это сообщение уже разошлось по фанатским форумам и блогам, включая Steve Hoffman Music Forums и японский блог LightNews. Официального анонса от Пола Маккартни, MPL или PaulMcCartney.com пока не было.

«Back To The Egg» вышел в 1979 году и стал последним студийным альбомом Wings. В записи участвовали Пол и Линда Маккартни, Денни Лейн, Лоренс Джубер и Стив Холли.

Поклонники давно ждут расширенное переиздание «Back To The Egg» в рамках архивной серии Маккартни. Последним крупным релизом Paul McCartney Archive Collection остаётся «Flaming Pie», выпущенный в 2020 году.

King Crimson и Роберт Фрипп анонсировали серию прослушиваний в лондонском зале Polygon Portal, специализирующемся на 360-градусном пространственном звуке.

Главным событием станет премьера нового пространственного микса альбома «Islands» 1971 года. Микс подготовил Стивен Уилсон; переиздание альбома выйдет 25 сентября.

«Islands» выпустят на CD/Blu-ray и виниле. В издание на CD и Blu-ray войдут новые миксы в Dolby Atmos, 5.1 DTS-HD MA 24/96 Surround и 24/96 Hi-Res Stereo, сделанные Уилсоном, а также новые Elemental Mixes всего альбома в 24/96 Hi-Res Stereo от Дэвида Синглтона.

Blu-ray также будет включать ремастер к 30-летию альбома, полные студийные сессии сентября 1971 года и запись «Live at Summit Studios» марта 1972-го в квадрофоническом звуке.

Виниловое издание получит новый Elemental Mix 2026 года от Дэвида Синглтона. Альбом будет выпущен на 200-граммовом виниле, изготовленном на лондонской Vinyl Factory.

Мик Джаггер рассказал, как Пол Маккартни записывался с The Rolling Stones в Лос-Анджелесе.

«Да, это было здорово. Он пришёл на одну сессию, мы были в Лос-Анджелесе. Он работал два дня и сыграл в одной песне», — заявил Джаггер.

По словам Мика, это была «панковская песня», а партия баса получилась «скорее фанковой».

Джаггер также отметил, что раньше они с сэром Полом не играли вместе: «Я пел с ним раньше, но мы никогда по-настоящему не играли вместе — музыку или на инструментах. Он очень быстро схватывал».

Музей The Beatles Story в Ливерпуле выделил 280 бесплатных вечерних билетов для жителей Мерсисайда к Всемирному дню Битлз.

Акция пройдёт 25 июня 2026 года. Победители розыгрыша смогут попасть на специальное вечернее мероприятие Global Beatles Night.

Гостям обещают специальную программу после закрытия музея, беседы с экспертами, живую музыку, угощения и розыгрыш призов, связанных с Битлз. Каждый победитель получит два билета.

Заявки принимаются через сайт The Beatles Story до 23:59 21 июня. Участвовать могут только жители Мерсисайда: для подачи заявки нужно указать почтовый индекс, а победителей выберут случайным образом.

Новый сольный альбом Пола Маккартни «The Boys of Dungeon Lane» дебютировал на первом месте сразу в трёх хит-парадах Billboard.

Пластинка возглавила чарты Top Album Sales, Vinyl Albums и Indie Store Album Sales. При этом в основном альбомном рейтинге Billboard 200 она стартовала на пятой строчке.

За неделю, завершившуюся 4 июня, альбом набрал 63 тыс. эквивалентных альбомных единиц в США. Продажи составили 59,5 тыс. копий, из них 32 тыс. пришлись на винил.

«The Boys of Dungeon Lane» также стал 22-м альбомом Маккартни, попавшим в топ-10 Billboard 200 после распада Битлз. В этот подсчёт входят и его релизы с Wings.

Друзья!

11 июня в 19:00 в «Чайной» на Малышева, 42, вы можете посетить выступление группы «Битлзтрянка» (интерактивный музыкальный проект от музыкантов арт-рок группы «ДеЛайт», ранее известных как «ДеЛайт Фиеро», представляющий собой живое исполнение бессмертных хитов The Beatles в формате музыкального поединка).
Примечание: надпись на афише «До концерта неделя» уже не актуальна.

Но это ещё не всё!

19 июня, в рамках фестиваля “Ural Music Night”, на сцене «Лесная» (Парк Маяковского) с 18:40 до 23:00 прозвучат главные хиты эпохи британского рока и не только. В программе: кавер-версии песен The Beatles, классический рок-н-ролл, а также авторские композиции лучших групп Екатеринбурга.

К большому сожалению, организаторы фестиваля в этом году не согласовали с Битлз-клубом место проведения акции и всем известную площадку в «Битловском дворике» у памятника Битлз променяли на «Лесную» сцену. Что ж, Бог им судья.

Программа сцены:

18:40
Школа вокала «Бельканто»

19:20
Образцовый коллектив ВИА АЛЁНУШКА имени Александра Горелого.

20:00
F. SHARP

20:40
Группа БУМ

21:20
The Whales

Пол Маккартни одобрил песню. Звукозаписывающая компания её возненавидела. Как экзистенциальный поп-рок-шедевр неожиданно сделал своих создателей суперзвёздами по обе стороны Атлантики

В июле 1979-го во время интервью журналу Rolling Stone Пола Маккартни спросили, какую музыку он слушает в тот год. Он ответил, что ему нравятся Squeeze, The Jam и Элвис Костелло, но особо выделил две песни.

Одна из них — «Lord Lucan Is Missing» брайтонской панк-группы The Dodgems. Другой, чуть более серьёзный выбор, — «The Logical Song»: песня, отмеченная премией Айвора Новелло, входившая в первую десятку по обе стороны Атлантики, две недели занимавшая первое место в Канаде и ставшая главным хитом Supertramp.

Для Роджера Ходжсона, одного из лидеров Supertramp, это был наивысший комплимент. «Я вырос на Битлз, — говорит он. — Поэтому было чудесно услышать, что Пол Маккартни любит мою песню».

Ходжсон всегда знал, что «The Logical Song» — вещь особенная. «Когда пишешь песню, иногда чувствуешь, что получилось процентов на восемьдесят, — говорит он. — Но с «The Logical Song» у меня было ощущение, что я попал в точку на все сто. Как мелодия, как текст, как аранжировка и как запись — она действительно совершенна в своей завершённости».

«The Logical Song» стала самым большим хитом в карьере Supertramp: песня попала в первую десятку в США и Великобритании, а альбом «Breakfast in America», в который она вошла, превратился в многомиллионный феномен и возглавил чарты.

Кроме того, песня получила престижную премию Айвора Новелло в категории «Лучшая песня с музыкальной и текстовой точки зрения». И, как признаёт Ходжсон, именно содержание текста — не меньше, чем мастерски сделанная музыка, — помогло «The Logical Song» найти отклик у такой огромной аудитории. «Великая песня, — говорит он, — это та, с которой люди могут себя соотнести, которая их трогает, заставляет что-то почувствовать».

В «The Logical Song» Ходжсон опирался на опыт собственного непростого детства и создал экзистенциалистскую поп-рок-классику, где задал самый большой вопрос из всех: в чём смысл жизни.

С тех пор как Supertramp сформировались в 1969 году, творческим ядром группы были Ходжсон и Рик Дэвис. Оба пели ведущие партии и играли на клавишных, а все песни писали они вдвоём. Между Ходжсоном и Дэвисом существовала схема, похожая на ленновско-маккартниевскую в Битлз: они сочиняли по отдельности, но всегда делили авторство. Однако, как сейчас говорит Ходжсон, «The Logical Song» никак не была написана в соавторстве: «Это была именно моя песня».

«The Logical Song» начала складываться в 1978 году. Группа находилась в Лос-Анджелесе и собиралась приступить к записи альбома «Breakfast in America», когда Ходжсон сел один за электрическое пианино Wurlitzer и стал играть последовательность аккордов, с которой время от времени возился уже пару месяцев.

«Эти аккорды у меня были записаны, — говорит он. — И, честно говоря, я не придавал им большого значения. Но однажды, когда я их играл, я услышал мелодию. А когда начал петь эту мелодию, первым словом, которое пришло мне в голову, было liberal».

Ходжсон тут же стал подбирать рифмующиеся слова: intellectual, radical... logical. И в этот момент вся концепция песни встала на место: «Я сразу понял, что хочу сказать. Песня родилась из моих вопросов о том, что в жизни действительно важно. В детстве нас всё время учат, как себя вести, но почти никогда не говорят ничего о более глубокой цели жизни. Мы переходим от невинности и чуда детства к подростковой растерянности, а она часто заканчивается разочарованием во взрослой жизни. И многие из нас потом всю жизнь пытаются вернуться к той невинности».

В «The Logical Song» Ходжсон выступил с жёсткой критикой системы образования. Эту тему он уже затрагивал в «School» — песне с прорывного альбома Supertramp «Crime of the Century» 1974 года, знаковой пластинки прогрессивного рока. Но, как говорит Ходжсон, «The Logical Song» была «очень автобиографичной».

Повествование от первого лица прямо отсылало к его годам в школе-интернате: он был «застенчивым и чувствительным» мальчиком, на которого сильно повлиял развод родителей, когда ему было 12 лет: «Меня отправили прочь, чтобы научить быть благоразумным, логичным, ответственным, практичным / И показали мне мир, где я мог бы стать таким надёжным, клиническим, интеллектуальным, циничным...»

Ходжсон вложил в текст много работы. «Мне нужно было придумать все эти слова, заканчивающиеся на -al, — говорит он. — Так что это был единственный раз, когда при написании текста я заглянул в словарь». А в музыке его внимание к деталям граничило с одержимостью. Основой стал рифф электрического пианино: «В нём было очень ударное, ритмическое ощущение, которое мне ужасно нравилось».

Но когда работа началась в лос-анджелесской студии Village Recorder, Ходжсон стал указывать каждому участнику группы, что именно тот должен играть. «Главным аранжировщиком в группе был я, — говорит он. — Я проходил по всем партиям, вплоть до барабанных сбивок. Это как пазл. Ничего лишнего там быть не должно. Всё было оркестровано, и именно поэтому песня так хорошо работает».

В готовую запись вошли разные звуковые эффекты. Джон Хеллиуэлл, уже сыгравший хрипловатое саксофонное соло, добавил тяжёлый вздох во вступлении и свистнул в свисток, обозначив начало финального фрагмента. А неожиданный комический штрих дала пищалка с сигналом «гол» из электронной футбольной игры Mattel, в которую Рик Дэвис любил играть между дублями. «Мы весь день слышали, как этот звук разносится по студии, — говорит Ходжсон. — Так что мы вставили его в концовку, после того как я спел слово digital».

Из-за перфекционизма Ходжсона на финальное сведение песни ушло две недели. «Я не мог успокоиться, пока всё не стало абсолютно правильно», — говорит он.

Звукорежиссёр Питер Хендерсон вспоминает, как принёс альбом начальству A&M. «Помню, мы сделали пробную пластинку, и её отнесли человеку по имени Марв Борнстайн, который тогда отвечал за контроль качества, — рассказывал он Sound On Sound. — Там началось всё это качание головами и обсуждения между ним и мастеринг-инженером Берни Грундманом. Берни говорил: «Вы тут очень много баса положили», а я отвечал: «Ну, у нас в Англии так делают. Мы любим много баса...»»

По словам Хендерсона, качание головами продолжалось — вместе с обеспокоенными взглядами и негативными комментариями. «Я был уверен, что всё полностью испорчено, — говорил он, — и это буквально была ситуация из серии «моей карьере конец»».

Позже Хендерсон получил Grammy за «Breakfast in America» в категории «Лучший инженерный альбом, неклассическая запись» по итогам 1979 года. После церемонии Берни Грундман подошёл к нему и поздравил. «Я всегда знал, с первого же раза, когда услышал этот альбом, что он выиграет Грэмми», — сказал он.

И всё же результат оправдал средства. Вышедшая летом 1979 года «The Logical Song» была названа Rolling Stone «маленьким шедевром», а её успех превратил Supertramp в суперзвёзд. В 2001 году песня снова стала хитом, когда немецкий техно-проект Scooter активно использовал её сэмпл.

Но важнее всего для Ходжсона то, что песня ничуть не утратила своего смысла.

«Мне было 29, когда я написал «The Logical Song», — говорит он. — Я искал ответы. Жгучий вопрос в этой песне звучал так: «Пожалуйста, скажи мне, кто я». У меня до сих пор нет всех ответов. Но я знал, что где-то есть что-то более глубокое — место покоя. И в конце концов я его нашёл».

Автор статьи: Линдси Золадз

Мой коллега Джон Парелес недавно получил завидную возможность поговорить с Полом Маккартни о его новом альбоме «The Boys of Dungeon Lane», который только что вышел, и обо всей его долгой — и извилистой — карьере. Судя по всему, встреча получилась удачной. «При личном общении Маккартни несёт свои шесть десятилетий славы с удивительным достоинством, — написал Парелес. — Он приветлив и непритязателен, горд, но не высокомерен, и всё ещё удивляется и радуется тому, как сложилась его жизнь музыканта».

Это впечатление вполне совпадает с образом беззаботного оптимиста, который обычно связан с Маккартни. Он был «милым битлом» — хотя, как он сказал Парелесу, это прозвище он ненавидел, — автором жизнерадостных мелодий, который не боялся увлекаться тем, что некоторые критики, а, как утверждают, и сам Джон Леннон, пренебрежительно называли «музыкой для бабушек».

Мне понравилось, что в профиле Парелеса была упомянута и более мрачная сторона авторства Маккартни — та грань его таланта, которую часто заслоняет репутация лёгкого и непринуждённого мелодиста. Иными словами, он может быть человеком, написавшим «Ob-La-Di, Ob-La-Da», но он же написал «Eleanor Rigby» и «Helter Skelter».

«Его мелодический дар может скрывать его более тёмные стороны», — написал Парелес. Он отметил, что, когда попросил Маккартни выбрать несколько менее известных песен, которые тому особенно дороги, музыкант назвал «Daytime Nightime Suffering» и «Arrow Through Me» — две песни Wings 1970-х, в которых есть не только музыкальные повороты, но и тревожные мысли.

Когда Парелес рассказал мне об этой части интервью, мы сошлись на том, что «тёмная сторона Пола Маккартни» могла бы стать интересным плейлистом. Вот он: несколько треков выбрал Джон, несколько — я. Здесь есть уже упомянутые песни Wings, несколько сольных вещей и мой кандидат на звание самой депрессивной песни Битлз всех времён.

Если говорить прежде всего о мелодиях и аранжировках, «тёмная сторона» Пола Маккартни всё равно остаётся довольно светлой. Но стоит прислушаться внимательнее — и вы услышите устойчивый интерес к меланхолии, одиночеству, а иногда и к откровенно мрачным сюжетам.

1. Wings: «Daytime Nightime Suffering»

Как и в «Eleanor Rigby» и «Another Day», в «Daytime Nightime Suffering» Маккартни поёт о неблагодарной женской доле. Изначально песня вышла на стороне B сингла «Goodnight Tonight» 1979 года. На поверхности она звучит бодро: уверенно движется вперёд, голосу Маккартни отвечают весёлые гитарные фразы. Ради музыкального озорства туда даже вставлен эпизод с бессловесными вокальными гармониями в духе Beach Boys. Но финальный вопрос остаётся в голове: «Что она получает за всю любовь, которую отдала тебе?»
Джон Парелес

2. Paul McCartney: «Another Day»

Хотя эта мягкая, покачивающаяся и грустная хроника одинокой, однообразной жизни одной женщины вышла почти через год после альбома «McCartney» 1970 года, именно она стала первым сольным синглом Маккартни. В записи также хорошо слышен характерный бэк-вокал Линды Маккартни. Многие критики встретили «Another Day» пренебрежительно; Джон Леннон тоже довольно прозрачно уколол её в тексте своей песни-нападки на Маккартни «How Do You Sleep?». Но, как и многое в раннем сольном творчестве Маккартни 1970-х, со временем эта песня заслуженно получила более высокую оценку.
Линдси Золадз

3. Wings: «Arrow Through Me»

Боль от предательства возлюбленной будто всё время прорывается наружу в одной из самых гармонически изощрённых песен Маккартни — с альбома Wings «Back to the Egg» 1979 года. В ней есть отсылки к джазовому R&B Стиви Уандера и Earth, Wind & Fire: среди клавишных звучит клавинет, а духовая секция даёт резкий, ломаный риф. Песня была достаточно фанковой, чтобы Эрика Баду в 2010 году опиралась на неё в «Gone Baby, Don’t Be Long». Вокал Маккартни создает впечатление, что всё под контролем, легко взлетает в фальцет, но снова и снова проступает почти необработанная боль.
Джон Парелес

4. Paul & Linda McCartney: «Oh Woman, Oh Why»

Эта сторона B уже упомянутого сингла «Another Day» 1971 года — одна из самых странных и мрачных вещей в огромном каталоге Маккартни. Это блюз-рок о ревнивце, который стреляет в изменившую ему жену, причём со звуковыми эффектами выстрелов. Маккартни поёт её почти одержимо, визжа на самой верхней границе своего диапазона. Не могу вспомнить другой песни Пола Маккартни, где он так сильно напоминал бы Роберта Планта — а местами и Дональда Дака.
Линдси Золадз

5. Paul McCartney: «House of Wax»

В «House of Wax» с альбома «Memory Almost Full» 2007 года Маккартни почти подошёл к готике. Под гулкие минорные фортепианные аккорды, к которым вскоре присоединяются громовые барабаны и мрачные струнные, он поёт апокалиптическую сцену: «Молния бьёт в дом восковых фигур / Женщины кричат и бегут / Чтобы танцевать на поле битвы». На мгновение в песне появляется подъём, когда он поёт об «ответе на всё», — но этот ответ «погребён глубоко под тысячей слоёв», и песня заканчивается почти как траурный марш.
Джон Парелес

6. Paul McCartney: «Deep Deep Feeling»

Даже в каталоге, полном экспериментов, «Deep Deep Feeling» стоит особняком. В этой песне с альбома «McCartney III» 2020 года Маккартни отказывается от привычной формы куплет — припев — куплет и строит трек на сухом ритме и настроении между мукой и восторгом: «глубокая, глубокая боль чувства», которая приходит, когда любишь кого-то «так сильно, что кажется, сердце сейчас разорвётся». Трек звучит тревожно и просторно: начинается почти с одного жёсткого бита, затем постепенно вводит инструменты и вокал — всё исполняет сам Маккартни — и собирает сложную конструкцию перекличек. Потом всё внезапно смолкает, чтобы вернуться в коде с гитарным перебором. Это Маккартни, который идёт туда, куда ведёт его слух.
Джон Парелес

7. The Beatles: «Eleanor Rigby»

Вполне возможно, это самая сокрушительно грустная песня Битлз. «Eleanor Rigby» — сочувственная, яркая в деталях медитация об одиночестве и ода человеку, который обычно не становится героем поп-песни. Большинство композиций Битлз, конечно, были совместной работой, но почти по всем свидетельствам «Eleanor Rigby» была прежде всего детищем Маккартни — хотя с небольшими, но важными вкладами других участников группы и, в этом конкретном случае, бывшего скиффл-музыканта Quarrymen Пита Шоттона.

Как Маккартни написал в прекрасном эссе 2021 года для New Yorker о создании «Eleanor Rigby», для него это действительно ощущалось как прорыв в работе с текстом — как более серьёзная песня. И добавил, с лёгкой гордостью: Аллен Гинзберг сказал ему, что это великое стихотворение, так что он согласен с Алленом. «Он был не промах».
Линдси Золадз