Добавил фото второго альбома....👍👍👍

Pavlov's Dog Pampered Menial 1975 ,At the Sound of the Bell 1976 Holland. Прекрасная прогрессив команда с великолепными музыкантами,сильными не индивидуальной игрой или техникой, а монолитным и согласованным звучанием всей группы. Такая смесь прогрессива,симфорока и арта...К сожалению,в своё время недооцененная, и эти две прекрасные пластинки единственные в их творчестве( если не считать компиляций и реюньонов). Одно но: если только вам понравиться голос вокалиста... Если нравится Rush ( его вокалист), то зайдёт на ура,если нет, тогда...🤔 На мой взгляд,второй альбом даже посильнее первого, но и первый просто " бомба"...

https://youtu.be/d0vT-ERKSFs?si=OF2bJfN5hIbqohgX

Earth & Fire: братья Куртц.

The Jesus And Mary Chain: бр.Рэйды

https://youtu.be/Gs069dndIYk?si=L74E63FHVl5ws8Cv

https://youtu.be/god7hAPv8f0?si=0SCc-CikDO1YZ6-0

Братья Verdine and Maurice White

https://youtu.be/SbVt2FKJz4E?si=XYobvdjBRMUFtdgV

https://youtu.be/y9dX41uChIg?si=ZpzQrIrzVZRxeoIi

Сестры Mary Weiss и Elizabeth "Betty" Weiss и близняшки Marguerite "Marge" Ganser и Mary Ann Ganser

Ютуб кавер подогнал

On Reflection - Jo Deer

https://youtu.be/mlR7YbM7_Jc?si=GHttNe36hGkLLrDs

👍)))

♪ На посошок ♫

Отрывок из книги Стэнли Бута "The True Adventures of the Rolling Stones"/"Настоящие приключения Rolling Stones", 2000 год.

«Мы приходили в клуб, — вспоминал Билл Уайман, который сменил свою фамилию Перкс на фамилию друга из военно‑воздушных сил, когда „Роллинг Стоунз“ начали объявлять свои имена на сцене, — если нам удавалось найти заведение, готовое нас принять, и устанавливали усилители.
Остальные были в свитерах, кожаных куртках и синих джинсах, а я — в той же одежде, в которой приходил с работы. Менеджер говорил нам: „Смотрите, времени мало — до выхода на сцену всего десять минут, лучше идите переоденьтесь“. Мы отвечали, что выйдем в том, в чём есть, а он возражал: „Очень смешно, а теперь идите и переодевайтесь“.
Мы таскали с собой три где-то украденных металлических табурета. Мик стоял впереди, Чарли — сзади, а мы втроём — Брайан, Кит и я — просто садились и начинали играть, словно на репетиции. У каждого из нас рядом с табуретом стояла бутылка пива. Когда мы заканчивали композицию, все делали по глотку и закуривали сигарету.
Посетители были в шоке. Они прекращали танцевать, собирались вокруг сцены и просто таращились на нас, не зная, что и думать.
Потом подходил менеджер и говорил: „Так, у вас есть пять минут, чтобы собрать свои манатки и свалить отсюда , или я натравлю на вас своих ребят“.
Мы заканчивали играть после двух часов ночи, а мне нужно было вставать в шесть, чтобы идти на работу. В среднем я спал по три часа и большую часть времени толком не понимал, где нахожусь. Но я вынужден был продолжать — у меня ведь был сын, Стивен.
В конце концов мне пришлось выбирать: на работе мне сказали — либо подстригись, либо увольняйся. У меня и до прихода в The Rolling Stones были длинные волосы, но теперь они отросли ещё сильнее. Это казалось такой глупостью…
Все — коллеги, друзья, родители, жена — говорили, что мне стоит сохранить работу и не связываться с The Rolling Stones. А позже, когда мы добились успеха, они заявляли: „Ну вот, я же говорил, что у тебя получится!“»
«Когда я впервые их увидел, — рассказывал Глин Джонс, — я раньше ничего подобного не видел, никогда».
В январе 1963 года Джонс, главный инженер звукозаписывающей студии I.B.C. в Лондоне, помог The Rolling Stones организовать первую студийную сессию.
«Я помню, как привёл их в I.B.C. на первую запись и боялся представить их Джорджу Кластону — владельцу студии. Сейчас я смотрю на фотографии тех лет: они выглядят такими смирными и безобидными! Не могу связать этот образ с тем эффектом, который они производили на людей.
Дело было в их внешности — в одежде, причёсках, во всём их поведении. Это становилось очевидно сразу, как только ты видел их на сцене. Они представляли собой абсолютный разрыв — с обществом, с общепринятыми нормами, со всем на свете, просто полнейшее наплевательство на всех и на всё».
«В начале пути The Rolling Stones главным „монстром“ был Брайан», — вспоминал Алексис Корнер. «Брайан был невероятно агрессивен на сцене. К тому времени его волосы отросли, и у него появилась почти неизменная гримаса недовольства, смешанная с какой-то хищной ухмылкой, и большую часть времени он выглядел чертовски возбужденным.
Он имел обыкновение выпрыгивать вперёд с тамбурином, тыкал им тебе прямо в лицо и при этом презрительно ухмылялся. Эта агрессия производила колоссальное впечатление.
При этом Брайан был очень чутким музыкантом — в лучшие моменты он превосходно играл медленный блюз. Но больше всего я запомнил его настрой „я вам сейчас всем покажу“.
Брайан добивался желаемого крайней агрессией — и это была именно крайность, почти провокация. Когда Брайан играл на сцене, он словно провоцировал каждого мужчину в зале ударить его. Именно такое ощущение возникало. В начале карьеры Брайан был для The Rolling Stones олицетворением агрессии — куда более явным, чем Мик».

«Но всегда именно Мик брал дело в свои руки», — добавил Стю. — «Когда нас каждую неделю „доставали“ в Jazz News — похоже, они специально искажали наши рекламные объявления, — именно Мик шёл в их офис и устраивал разборки».

«А вот на сцене, — вернулся к теме Алексис, — это Брайан провоцировал парней на драку. Он нарочно начинал клеить чью‑нибудь девушку, а когда её парень начинал злиться, Брайан со всей дури бил его бубном по морде.».

«Брайан несколько раз мог погибнуть», — заметил Стю.»

Anders и Thomas Koppel, The Savage Rose

♪ Неавторизованный дневник "Роллинг Стоунз": 22 июля 1965 года ♫

(окончание)

«Инцидент, который окончательно ославил нас негодяями – знаменитое Дело о Гаражной Стене – начался именно с моей лёгкой руки ночью 18 марта 1965 года.
В тот день на радио Европа №1 в результате голосования мы были объявлены самой популярной записывающейся группой во Франции – для нас это было почти посвящение в Рыцари. Кроме того, в тот же вечер у нас был последний концерт тура с “The Hollies” в ромфордском «Одеоне».
Концерт был великолепен, удачное завершение очень крепкого тура. Мы все были в отличном настроении. В 11.10 в окружении солидного кольца полицейской охраны, мы не медля покинули сцену, прыгнули в машину и, пока публика ещё не успела выйти из театра, двинулись назад в город. Через 20 минут я почувствовал,
что мне надо в туалет, и мы заехали на станцию техобслуживания “Francis” в восточном Лондоне. Я спросил служителя, можно ли воспользоваться туалетом.
Он сказал: «Туалета у нас нет». Я ответил: «В таком большом гараже с платформами техосмотра и демонстрационными залами должен быть туалет». Он сказал: «Туалета нет, и прошу освободить мою подъездную площадку».
Чувствуя, что сейчас лопну, я вернулся к машине и рассказал ребятам, что произошло. Мик взял меня за руку и сказал: «Идём, Билл, сейчас мы найдём тебе туалет». Вместе с Миком, Джои Пейджи и Брайаном мы снова подошли к служителю с тем же вопросом. Он разорался: “Get off my forecourt!” – «Убирайтесь с моей площадки!»
И вдруг Брайан натянул «нанкеровский» нос и заплясал вокруг, припевая: “Get off my foreskin!” – «Убирайся с моей головки!» Служитель снова велел нам проваливать. Мы прошествовали через его драгоценную подъездную площадку к прилегающей боковой дороге, прошли по ней около 10 ярдов и отлили на стену гаража. Тем же путём через ту же подъездную площадку мы вернулись, проорали служителю пару ласковых слов, сели в машину и продолжили путешествие.
Мы сочли инцидент исчерпанным, но через два дня в “Daily Express” появился сюжет, который немало удивил нас. Мистер Эрик Лавендер, посетитель станции техобслуживания, рассказывал об «инциденте, участниками которого стали он и механик, которые заявили на двух членов поп-группы в полицию. Мистер Чарльз
Кили, механик, дежуривший в ту ночь в гараже, рассказал, как около 11.30 вечера четверга у гаража остановилась большая чёрная машина, из которой вышел длинноволосый тип в чёрных очках. После произошедшего инцидента механик велел людям в машине покинуть территорию гаража. «Мистер Лавендер заметил
им, что их поведение отвратительно», - сказал он, - «и они стали ругаться и кричать. Они вернулись к своей машине, и я записал их номер». Газета цитировала слова мистера Лавендера о том, что «если полиция не расследует это дело, то он будет настаивать на частном расследовании». Позднее представитель Metropolitan Police, признав факт подачи заявления по этому поводу, добавил:
«Судя по всему, в деле замешаны члены группы «Роллинг Стоунз». Мы наводим справки».
Через три месяца дело достигло мирового суда округа Ист-Хэм. У здания суда дежурили 50 полицейских, а у ворот и на противоположном тротуаре за полицейским кордоном собралась толпа из почти 300 человек. Внутри на галерее для слушателей набилось около 60 подростков, плюс на обоих концах галереи по трое полисменов. Мику, Брайану и мне предъявили обвинение в вызывающем поведении. А мне ещё вдобавок инкриминировали нецензурную брань. Нам позволили не оглашать устно наши адреса, а написать их, чтобы скрыть от фанов. Мы отказались признать отлив на стену возмутительным поведением и заявили о своей невиновности. Чарли и Кит пришли морально поддержать нас и слушали заседание на задних рядах.
Обвинитель, Кеннет Ричардсон, сказал: «Если судьи согласны с тем, что отвратительное поведение имело место, это нельзя назвать преступлением, это лишь поведение, достойное сожаления, и вероятно, эти трое также согласятся с этим. Они пользуются широкой известностью среди определённых кругов публики
и с их стороны глубоко неправильно демонстрировать такое неуважение к чувствам и обычаям остальных слоёв населения».
Председатель суда А.К. Мори задал вопрос Кили: «Вы говорили о длинноволосых монстрах. Именно это впечатление заставило Вас подать заявление в суд?»
Кили: «Представление о них как о длинноволосых монстрах не повлияло на моё решение подать жалобу, хотя возможно и стало первоначальной причиной самого конфликта. Их вид укрепил мою решимость не пускать их в служебный туалет».
Я сказал суду: «Мы закончили в 10.45 два концерта в ромфордском «Одеоне». Мы не могли даже на минуту зайти в раздевалку после концерта, потому что как только занавес падает, нам приходится тут же уносить ноги со сцены, чтобы спастись от фанов».
Брайан, давая показания, заявил: «Мы пили только кока-колу и чай. Мы были так счастливы после удачного концерта. Во мне не было ни капли агрессии. Нас очень рассмешило комичное поведение мистера Кили. Мы люди куда более зрелые».
Мик сказал: «Насколько я знаю, в то время мы как раз взлетели на вершину хит-парадов и обсуждали предстоящий американский тур. У нас были все основания быть счастливыми. Более неподходящего для драки настроения у меня ещё не бывало. В скольких городах мы играли – от Техаса до Майами и Хельсинки , и это первый раз, когда мы влипли в неприятности с полицией».
Кит тоже дал показания и заявил, что никакого инцидента на станции техобслуживания не видел.
Наш защитник Дейл Паркинсон сказал: «Это совершенно тривиальное дело, и вы делаете из мухи слона». Нас признали виновными в нарушении общественного порядка. Каждого из нас оштрафовали на 5 фунтов + 15 гиней судебных издержек. Мы подали апелляцию.
С меня сняли обвинение в нецензурной брани.
Председатель суда заявил: «Такое не сойдёт с рук никому, будь вы «Роллинг Стоунз», будь вы «Битлз» или кто-нибудь ещё. Тот факт, что вы достигли невероятных высот в своей профессии, не даёт вам права на подобное поведение. Напротив, вы должны быть моделью для подражания, нравственным образцом для огромной армии ваших поклонников. Вы обвиняетесь в поведении, недостойном молодых джентльменов».
Брайан говорил потом: «У нас всегда был имидж смутьянов. Мы выстроили себя по этому образчику. Такие группы как “Hollies” даже немного завидуют нам в этом. Гаражный инцидент был раздут до неузнаваемости. Присутствовавших на суде подростков немало позабавило это распухшее дело. Это могло несколько повредить нам, но я в этом сомневаюсь. Всегда, как туз в рукаве, остаётся Америка».
Чарли: «Я не лез в это дело. Всё приключение я проспал на заднем сиденье».
После слушаний нас тихонько вывели из здания и отвезли назад в город. Этот эпизод нисколько не повредил нам в глазах фанов и возможно, даже убедил некоторых в том, что мы люди!»

- Билл Уаймен, отрывок из книги "Stone Alone: The Story of a Rock 'n' Roll Band" (1990).

♪ Неавторизованный дневник "Роллинг Стоунз": 22 июля 1965 года ♫

The Rolling Stones в магистратском суде Уэст‑Хэма.
В четверг, 22 июля 1965 года, участники группы The Rolling Stones — Мик, Билл и Брайан — предстали перед магистратским судом Уэст‑Хэма. Их сопровождали:
адвокат мистер Дейл Паркинсон;
Кит, который давал показания;
Чарли, присутствовавший на заседании.
Обвинения и заявления о невиновности.
Трое музыкантов заявили «не виновны» по обвинению в предполагаемом оскорбительном поведении, которое, как утверждалось, могло привести к нарушению общественного порядка.
Билл также отрицал использование нецензурной лексики, раздражавшей окружающих.
Суд признал всех трёх подсудимых «виновными» по основному обвинению и назначил следующее наказание:
штраф в размере 5 фунтов стерлингов с каждого;
плюс 15 гиней в качестве издержек.
При этом Билл был признан «не виновным» по отдельному обвинению в использовании непристойных выражений.
В заключительной речи магистрат заявил:
«То, что вы достигли высоких вершин в своей профессии, не означает, что вы можете вести себя подобным образом».
Все трое подсудимых заявили о намерении подать апелляцию.
В этот же день Мик, Брайан и Билл дали интервью о судебном процессе для радиопрограммы Всемирной службы Би‑би‑си «Улицы Лондона» ("The Streets Of London").

The Aces, Cristal Ramirez and Alisa Ramirez

https://www.youtube.com/watch?v=u5Pp0rWi74Q&list=RDu5Pp0rWi74Q&start_radio=1

The Johnny Burnette Trio (братья Johnny Burnette (1934-1964) и Dorsey Burnette (1932-1979))

The Johnny Burnette Trio - Lonesome Train (1956) >https://www.youtube.com/watch?v=sCsCGcclJYY