![В Екатеринбурге уже девятый месяц продолжают отмечать 40-летие Свердловского рок-клуба.]( "В Екатеринбурге уже девятый месяц продолжают отмечать 40-летие Свердловского рок-клуба.")
В Екатеринбурге уже девятый месяц продолжают отмечать 40-летие Свердловского рок-клуба.
В честь этого славного юбилея уже оформили ледовый городок, провели большой «квартирник»,
поставили несколько спектаклей — а еще выпустили сразу две книги писателя Дмитрия Карасюка,
посвященные истории рок-музыки за последние 40 лет.
«Мое главное оружие — память». Как слепой летописец уральского рока создает книги, которые расходятся многотысячными тиражами
Интервью с екатеринбургским писателем Дмитрием Карасюком
В Екатеринбурге уже девятый месяц продолжают отмечать 40-летие Свердловского рок-клуба. В честь этого славного юбилея уже оформили ледовый городок,
провели большой «квартирник», поставили несколько спектаклей — а еще выпустили сразу две книги писателя Дмитрия Карасюка,
посвященные истории рок-музыки за последние 40 лет.
Уникальность главного летописца уральского рока — не только в его энциклопедически познаниях и феноменальной памяти,
но и в том, что последние 12 лет он работает буквально вслепую. О его удивительном творческом методе,
а также о бесполезности цензуры и причинах популярности свердловских артистов с Дмитрием поговорил шеф-редактор E1.RU Александр Ашбель.
- «Это не могильный памятник рок-клубу»
— Как вам Год уральского рока?
— Знаете, ощущения сложные. Во-первых, я не очень понял саму концепцию — зачем это было сделано. Сейчас, когда уже больше половины года прошло,
я понимаю, что главная цель — это желание администрации раскачать город на федеральном уровне, причем не только через малахит,
камнерезное искусство и убийство царской семьи, а с какой-то более современной точки зрения.
При этом то, как это реализуется, вызывает сильные сомнения — например, мероприятия вроде рок-забега.
— Или ледового городка в стиле рок?
— Мне в этом плане немножко проще, потому что многое из этого я просто не видел, а в описаниях, наверное, не так страшно, как это виделось воочию.
Мне-то, конечно, очень хотелось, чтобы была продемонстрирована какая-то преемственность, ведь Год уральского рока — это не могильный памятник рок-клубу,
который закрылся 35 лет назад. Эта музыка живет и продолжается другими голосами, в других формах.
В Екатеринбурге страшно много очень интересной музыки, и гораздо более разноплановой, чем было 40 лет назад. Почему-то эта тема в ходе празднования ушла.
— А что удалось, на ваш взгляд? Мне кажется, что всё пройдет и забудется, а памятник Балабанову останется. Пусть это и не непосредственно рок.
— Да, это правильная оговорка. В городской администрации очень гордятся этим памятником, и гордятся заслуженно, но почему-то они считают,
что это главное событие Года уральского рока, хотя уральский рок — это не только Балабанов, мягко говоря, да и Балабанов — это не только про рок.
Ну, привязали и привязали, ладно.
Продолжение интервью по ссылке:
https://www.e1.ru/text/culture/2026/09/04/76622941/
