Пола Мескала, играющего в фильмах Сэма Мендеса о Битлз, сфотографировали на съемках сцены, посвященной первой встрече Пола Маккартни и Джона Леннона.

На опубликованных кадрах представлены гирлянды из красных, белых и синих флажков и автомобили 1950-х годов. Также можно увидеть статистов. Снимков Харриса Дикинсона пока нет.

Леннон и Маккартни познакомились 6 июля 1957 года на празднике при церкви святого Петра в Вултоне.

Французский писатель Мишель Бюсси рассказал о новом романе «Code Yesterday», вышедшем во Франции 3 сентября. По сюжету книги настоящим автором песен Битлз оказывается вымышленная женщина французского происхождения — Ивонн Маккензи.

В романе Ивонн знакомится с Джоном Ленноном и Полом Маккартни 6 июля 1957 года возле церкви святого Петра в Вултоне — в тот самый день, когда в действительности впервые встретились будущие участники Битлз. Позднее она напевает Маккартни мелодию «Love Me Do», а после успеха песни Джон и Пол начинают обращаться к ней за новым материалом.

Бюсси придумал собственные шуточные объяснения появления известных песен группы. Так, звук в начале «I Feel Fine» в романе возникает из-за помех от бытового прибора Ивонн, ритм «Can’t Buy Me Love» — когда она взбивает яйцо, а название «Ob-La-Di, Ob-La-Da» связано с первыми звуками, произнесенными ее новорожденным сыном.

За молчание героиня требует от Битлз оставлять в песнях отсылки к ее французским корням. Этим в романе объясняются фрагмент «Марсельезы» в «All You Need Is Love» и появление «Michelle», якобы посвященной ее матери Мишлин.

Бюсси напомнил, что в классическом роке 1960-х практически не было женщин, и его работа — это своеобразный реванш. При этом писатель подчеркивает, что «Code Yesterday» — вымысел и одновременно дань его многолетнему увлечению Битлз.

Книга Пола Маккартни «Wings: The Story of a Band on the Run» выйдет в мягкой обложке 6 октября. В новое издание добавлен дополнительный материал — беседа музыканта с режиссером Морганом Невиллом.

Разговор состоялся в связи с выходом документального фильма Невилла «Paul McCartney: Man on the Run». Маккартни и режиссер обсудили творческую жизнь сэра Пола после распада Битлз и наследие Wings.

Первое издание книги вышло в 2025 году. Редактором и автором вступления стал Тед Уидмер.

Стали известны подробности о выставке «70 Years of The Cavern Club», которая откроется в Музее Ливерпуля в январе 2027 года. В экспозицию войдут более 200 предметов, фотографий, музыкальных инструментов и личных вещей, связанных с историей клуба.

Среди главных экспонатов — коричневая замшевая куртка Джона Леннона, которую он носил во время записи «With The Beatles» в 1963 году и североамериканского тура группы 1964 года, а также гримерный столик Пола Маккартни из Cavern Club.

Посетители увидят письмо Джорджа Харрисона, отправленное из Гамбурга диджею Cavern Бобу Вулеру, контракт 15-летнего Стиви Уандера на выступление в клубе в январе 1966 года, акустическую гитару Джерри Марсдена, афиши, фотографии и вещи бывшего владельца Cavern Рэя Макфолла.

В центре выставочного пространства воссоздадут сцену Cavern Club. Экспозиция расскажет о семи десятилетиях истории клуба — от джазового подвала на Мэтью-стрит до площадки, неразрывно связанной с Битлз и мерсибитом.

Трехтомник «George Martin: The Scores», выпущенный к столетию легендарного продюсера, позволяет увидеть, как рождались классические записи Битлз.

Если вы не умеете читать ноты, легко решить, что оркестровая партитура мало о чем вам расскажет. Но если присмотреться, эти страницы могут поведать немало и о самой музыке, и о людях, которые ее создавали.

Именно поэтому «George Martin: The Scores» представляет такой интерес для поклонников Битлз. Это не просто собрание нотных рукописей, а возможность заглянуть в творческий процесс: здесь сохранились правки, заметки на полях и следы импровизации, позволяющие узнать, как на самом деле складывались некоторые из самых известных записей в истории популярной музыки.

В трехтомник вошли десятки оригинальных рукописных аранжировок сэра Джорджа Мартина, который начал работать с группой в 1962 году и помог раскрыть музыкальный потенциал участников, не имевших академической подготовки.

Впервые вместе собраны партитуры таких произведений, как «A Day in the Life», «Strawberry Fields Forever», «Something» и «Eleanor Rigby», причем многие из них прежде не показывали публике. Издание, приуроченное к столетию Мартина, открывается новым предисловием еще одного рыцаря звукозаписи — сэра Пола Маккартни.

«Я придумал этот проект еще при жизни отца, чтобы ему было чем заняться, — рассказал изданию People его сын Джайлс Мартин, продюсер, курировавший последние архивные переиздания Битлз. — Моему отцу постоянно нужно было чем-нибудь заниматься — надо же было следить, чтобы он не слонялся без дела! На эти партитуры очень приятно смотреть. Это действительно красивые произведения искусства».

Сам Джордж Мартин вплоть до самой своей смерти в 2016 году активно участвовал в подготовке проекта, хотя сначала сомневался, будет ли он кому-нибудь интересен: «Это ведь не Бетховен».

В 1960-е Мартин был штатным продюсером и помимо Битлз работал со множеством других исполнителей. Аранжировки ему часто приходилось делать в редкие свободные часы. Некоторые партитуры были закончены всего за день-два до записи — Мартин торопливо набрасывал их карандашом по мере приближения сессии. Для него все это было не историей, а всего лишь результатом очередного трудного рабочего дня (a hard day’s work).

Хотя Мартин сохранял свои партитуры, обращаться с ними как с музейными реликвиями ему и в голову не приходило. Брайан Кихью и Кевин Райан, собравшие коллекцию для Curvebender и написавшие к ней текст, предполагали, что исторические рукописи хранятся под музейным стеклом или заперты в каком-нибудь сейфе.

Но осенью 2014 года, приехав к Мартину домой, они обнаружили их в незапертом деревянном сундуке, шкафах и на полках.

Скромность Мартина порой граничила с очаровательной беспечностью. Однажды Кихью и Райан увидели, как он поставил чашку чая на оригинальную партитуру «Here Comes the Sun», использовав ее как подставку. Казалось, он больше беспокоился о деревянной столешнице, чем о бесценной нотной рукописи.

Но ценность этих документов не только в том, что они вообще сохранились. При внимательном изучении в них можно увидеть последовательность решений и компромиссов, из которых складывались сами записи. Один из самых ранних примеров запечатлел переломный момент и в отношениях Мартина с Битлз, и в популярной музыке.

Работа Мартина как оркестрового аранжировщика Битлз началась летом 1965 года во время сессий «Yesterday» — песни, история которой, как известно, началась со сна. Еще до летних сессий 1965 года Маккартни проснулся с мелодией в голове и, еще толком не придя в себя, подобрал ее на пианино. Мелодия получилась настолько цельной, что Пол решил: такая песня наверняка уже существует. Несколько месяцев он исполнял ее друзьям, пытаясь убедиться, что это не какой-то старый стандарт.

Мартин вспоминал в книге, как Пол пришел к нему и спросил, не слышал ли он эту мелодию раньше. «Нет, но неплохо», — ответил Мартин. Маккартни переспросил: «Ты точно раньше этого не слышал? Может, это чья-то чужая вещь». Он боялся, что где-то услышал мелодию и стащил ее.

Сама мелодия далась Маккартни на удивление легко, но все остальное оказалось гораздо сложнее. Текст складывался медленно, и незаконченные места Пол заполнял бессмысленными фразами. Месяцами он мучил ими остальных битлов и продюсера, распевая: «Яичница-болтунья — о, малышка, как я люблю твои ноги...»

К 14 июня 1965 года появились уже знакомые начальные строки. В тот день Битлз работали в лондонской EMI Studios особенно продуктивно даже по собственным меркам: всего за три часа они закончили фолковую «I’ve Just Seen a Face» и энергичную, выдержанную в духе Литтл Ричарда «I’m Down».

Вернувшись после перерыва на ужин, Маккартни наконец решил заняться песней, которую вынашивал уже долгое время и к тому моменту назвал «Yesterday».

Мартин вспоминал, что говорил Полу: «Когда будем это записывать, лучше всего тебе просто спеть под гитару, а потом решим, что еще добавить».

Маккартни последовал его совету и записал два дубля «Yesterday» — только голос и акустическая гитара Epiphone Texan.

Поначалу никто не собирался превращать песню в сольный номер Пола. Предполагалось, что остальные битлы тоже сыграют на записи, но во время трех с половиной часов работы группа так и не смогла найти партии, которые улучшили бы лаконичную аранжировку Маккартни. Любое дополнение, казалось, нарушало ту камерность, благодаря которой песня и работала.

«Остальные ребята решили, что ничего не могут добавить к исполнению, — вспоминает Маккартни в книге, — поэтому были готовы оставить все решения Джорджу [Мартину] и мне».

Этот тупик заставил Мартина выйти за пределы привычного инструментария Битлз.

Мартин вспоминал: «Знаешь, если честно, единственное, что я могу представить здесь в дополнение, — это струнные».

Маккартни эта идея сразу не понравилась. Он опасался, что скрипки сделают песню слащавой. Мартин уверял, что можно обойтись без излишней сентиментальности, но Пол не хотел, чтобы классическая аранжировка повредила рок-н-ролльному образу группы.

Он согласился попробовать лишь после того, как Мартин заверил его: если результат не понравится, струнные можно будет удалить из записи.

На следующий день Маккартни пришел домой к сэру Джорджу, и они провели вторую половину дня за чаем и нотной бумагой, вместе выстраивая аранжировку для струнного квартета.

Мартин показывал Маккартни, как Бах мог бы распределить эти ноты между виолончелью, альтом и двумя скрипками. «Это было здорово, я словно брал уроки», — говорил Пол.

Но среди всей этой классической строгости Маккартни хотел оставить собственный музыкальный след. Он настоял на необычной блюзовой ноте в партии виолончели, хотя Мартин предупредил, что она не соответствует барочной манере. В окончательной записи она звучит сразу после слов «She wouldn’t say».

«Мне нужно было снова добавить что-то свое, чтобы восстановить равновесие», — объяснял позднее Пол. Мартину этот маленький бунт понравился. Впоследствии он признался: «Жаль, что я сам до этого не додумался».

Это сотрудничество стало началом новой роли Мартина. Теперь он был не просто человеком за пультом, а творческим партнером битлов. «The Scores» снова и снова показывает это партнерство: Мартин переводил на музыкальный язык идеи, выходившие за пределы возможностей обычной рок-группы из четырех человек, а Маккартни — и постепенно остальные битлы — подталкивали его к звукам, нарушавшим правила, которым его самого когда-то учили.

«Джордж прекрасно умел нарушать правила музыки, — говорил Маккартни много лет спустя. — Он не смог бы продюсировать Битлз, если бы не был готов делать такие вещи».

Сессия «Yesterday» стала поворотным моментом в использовании приглашенных музыкантов в записях Битлз. Струнный квартет помог расширить привычную инструментальную палитру группы: студия становилась местом, где дополнительные исполнители и непривычные инструменты позволяли воплощать идеи, которые невозможно было реализовать одними гитарами, басом и ударными.

Последние сомнения Маккартни исчезли, когда четверо струнников начали играть под запись его сольного исполнения под акустическую гитару.

«Вот тут у меня пошли мурашки, — вспоминал он. — Когда я услышал, как со всем этим работают струнные, подумал: о господи, это действительно получится».

Более чем через 60 лет после описанных событий трудно представить, насколько радикально тогда звучало такое сочетание. Сегодня классические инструменты давно стали обычным явлением в поп-музыке, но в 1965 году сочетание сольной акустической гитары и струнного квартета совсем не походило на то, чего ожидали от рок-группы.

Баллады со струнными, конечно, существовали и раньше. В качестве примера автор приводит «Ferry Cross the Mersey» земляков Битлз, Gerry and the Pacemakers, которую Мартин также продюсировал и для которой написал оркестровку. Но в «Yesterday» квартет оказался не декоративным дополнением, а одной из центральных частей аранжировки — наравне с голосом и гитарой Маккартни.

«Мы определенно никогда прежде ничего подобного не делали, — вспоминал Мартин. — Да и никто другой тоже».

«Yesterday» стала одной из самых часто записываемых композиций в истории звукозаписи: известно более 2200 кавер-версий. Но еще важнее, по мысли автора статьи, то, что песня побудила миллионы слушателей расширить круг своих музыкальных интересов и указала направление для будущих экспериментов Битлз и множества артистов, на которых они впоследствии повлияли.

Для Мартина «Yesterday» стала первой из многих партитур, благодаря которым группа могла отправляться в музыкальные области, которые участники уже могли представить, но не всегда могли самостоятельно воплотить.

При этом сам Мартин оставался характерно скромным в оценке своей работы: «Я сделал ее за полдня. Аранжировка очень, очень простая, но иначе и быть не могло. Если сделать ее сложнее, исчезнет сама суть песни — ее абсолютная простота».

И все же Мартин понимал, что произошло нечто важное. Показательно, что рукописную партитуру он сохранил. Это один из самых ранних документов в его личном архиве. Более поздние битловские рукописи Мартина обычно выглядят аккуратнее, что позволяет предположить: со временем он стал сохранять оригиналы уже с пониманием их возможного значения.

Эта потрепанная, непритязательная рукопись относится к тому периоду, когда Мартин только начинал осознавать, что вместе с Битлз они создают историю. На ней осталось и шутливое признание их совместной работы от Маккартни. К привычному указанию авторства «Lennon–McCartney» Пол приписал: «и Джордж Мартин, и Моцарт».

Не совсем Бетховен, конечно, но...

По словам Джайлса Мартина, подготовка «George Martin: The Scores» в итоге заняла больше времени, чем вся карьера Битлз. Эта ирония придает завершению проекта особый вес. Для Джайлса возможность увидеть музыкальное наследие отца в одном издании вызывает двоякие чувства: с одной стороны, ему очень грустно, а с другой, он испытывает глубокое удовлетворение: «Я так рад, что мы это сделали. Ему бы очень понравилось. Жаль, что он не может этого увидеть, но все равно хорошо, что книга появилась. Это действительно прекрасная вещь».

Американский художник Питер Макс, один из самых известных представителей психоделического поп-арта 1960-х, умер в возрасте 88 лет. Он скончался 14 сентября в больнице на Манхэттене. О смерти художника сообщил его сын Адам Макс.

Яркие психоделические работы Макса стали одним из символов американской культуры конца 1960-х. Художник создавал портреты Битлз и других музыкантов, среди которых Джими Хендрикс и Мик Джаггер. Макс был знаком с битлами, он рассказывал, что Джон Леннон предлагал ему принять участие в работе над мультфильмом «Yellow Submarine».

Макс продолжал обращаться к битловской теме и позднее. В 2012 году, к 70-летию Пола Маккартни, он представил серию из семи его портретов.

Художник также создавал работы для Олимпийских игр, Супербоула и чемпионата мира по футболу, а его рисунки появлялись на почтовых марках, самолетах и круизных лайнерах.

Оригинальную входную дверь бывшей штаб-квартиры Apple Corps на Сэвил-роу, 3 в Лондоне вернут в историческое здание. Она станет частью нового проекта «The Beatles at 3 Savile Row», который откроется в 2027 году.

Сейчас дверь выставлена в музее British Music Experience в Ливерпуле. Последним днем, когда ее можно будет увидеть там, станет 20 сентября.

Битлз переехали на Сэвил-роу, 3 летом 1968 года. В подвале здания находилась студия Apple, а 30 января 1969-го группа дала на крыше свое последнее публичное выступление.

Битлз выпустили «Norwegian Wood (This Bird Has Flown) (Second Version – Take 2)» — ранее не издававшийся дубль, который войдет в расширенное переиздание альбома «Rubber Soul».

Первая версия песни была записана в первый же день работы над «Rubber Soul». Группа осталась недовольна результатом, и девять дней спустя музыканты вернулись к композиции, записав еще три дубля.

Опубликованная версия отличается от окончательной аранжировки. В частности, она начинается с наложенной в два слоя партии ситара Джорджа Харрисона.

Это уже третий материал из будущего переиздания «Rubber Soul», представленный до его выхода. Ранее были опубликованы «Michelle (Take 1)» и рабочая запись «Day Tripper», сделанная в процессе сочинения песни.

Специальное издание «Rubber Soul» будет выпущено 2 октября.

Уже много лет поклонники великолепной четверки создают хаос у самого знаменитого перехода в мире, пытаясь повторить тот самый снимок с обложки «Abbey Road». А выход фильмов Сэма Мендеса о Битлз грозит привлечь сюда еще больше туристов — и добавить местным жителям пробок и проблем.

В обеденное время у Abbey Road Studios в лондонском Сент-Джонс-Вуд автор статьи насчитал более 60 человек по обе стороны перехода, имеющего охранный статус Grade II. Все ждали возможности пройти по черно-белым полосам так, как в 1969 году это сделали Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр.

В течение следующих 30 минут автор увидел 49 таких проходов — по одному или группами. Одна компания повторила попытку пять раз, стараясь добиться правильного положения ног. Возможно, проходов было еще больше: в какой-то момент обзор заслонила экскурсионная группа из 20 поклонников Битлз.

«Господи, помоги соседям», — усмехнулся проходивший мимо ирландец.

Фотография Битлз стала знаменитой благодаря обложке «Abbey Road» 1969 года. За последующие 57 лет переход превратился в настоящий магнит для битломанов, обычных туристов и любителей фотографий для соцсетей.

Недавно здесь появились и исполнители главных ролей в фильмах Мендеса. Харрис Дикинсон шел первым в образе бородатого Леннона в белом костюме, за ним — Барри Кеоган в роли Старра, босой Пол Мескал в роли Маккартни и Джозеф Куинн в роли Харрисона. После выхода фильмов интерес к этому небольшому участку Эбби-роуд, вероятно, станет еще больше.

В середине августа здесь царит хаос: автомобили сигналят, автобусы останавливаются, велосипедисты притормаживают.

Дэн, который регулярно ездит по этому району, говорит, что людей бывает слишком много и иногда водителям приходится ждать по пять-десять минут.

Один из местных жителей, пожелавший остаться неизвестным, рассказывает, что нередко видит туристов, которые устанавливают штатив буквально посреди дороги, пока к переходу приближаются машины.

Жительница района Лиза Кэри, гулявшая с собакой Герти, вспоминает, что во время недавних съемок фильмов Мендеса улица была полностью перекрыта в течение двух дней. Однако еще сильнее ее раздражают туристы-однодневки — невольные day trippers.

Еще одна местная жительница, проходившая мимо в футболке The Rolling Stones, лишь скривила лицо, когда ей указали на переход.

«Это очень фешенебельный район», — бросила она с такой суровой преданностью «роллингам», которой, по замечанию автора, мог бы гордиться Кит Ричардс.

Водители, с которыми автор разговаривал, когда их автобусы безопасно стояли на ближайших остановках, относятся к происходящему настороженно, но уже почти смирились. «В основном мы просто ждем», — говорит один из них.

Когда автобус автора приближался к студии, мужчина в желтой футболке вышел на проезжую часть между автобусом и переходом, остановил движение и начал фотографировать на iPhone четырех своих спутников. Закончив, он жестом разрешил автобусу ехать дальше, словно временно назначил себя регулировщиком.

Другой водитель объясняет: «Сложность в том, что никогда не знаешь, кто сейчас пойдет через переход. Приходится останавливаться и смотреть».

Сотрудница The Telegraph Лиза Марквелл ездит по Эбби-роуд каждый день.

«Это полное безумие. И так весь день, каждый день. Я проезжаю здесь утром, возвращаюсь днем, иногда бываю здесь по выходным — они всегда тут», — говорит она.

Когда Марквелл едет на своем скутере Vespa, она иногда подсказывает туристам, что они выбрали не тот переход — на улице их два — или фотографируют не в том направлении. Снимок для обложки «Abbey Road» был сделан с юга на север.

«Я избавляю их от мучений, когда они вернутся домой и поймут, что сделали неправильную фотографию», — объясняет она.

Ее муж, напротив, иногда незаметно «портит» туристические снимки, попадая в кадр с забавным выражением лица или жестом.

Как показала поездка автора на автобусе, наибольшему риску здесь подвергаются люди, которые делают фото.

«Это действительно опасно, — говорит Марквелл. — Здесь ходят автобусы, полно фургонов доставки и сотни скутеров. А фотографы ведут себя совершенно безумно: стоят спиной к движению прямо посреди дороги. К тому же здесь есть поворот с Гроув-Энд-роуд на Эбби-роуд».

Еще в 2017 году один пользователь TripAdvisor предупреждал: «Когда-нибудь здесь кого-нибудь убьют... Мертвые туристы вряд ли станут хорошей рекламой».

Впрочем, член муниципального совета района Эбби-роуд от Консервативной партии Кэролайн Сарджент говорит, что в последние годы официальных жалоб на переход было очень мало. На этой дороге действует ограничение скорости 20 миль в час — около 32 км/ч.

По ее словам, туристы порой удивляются, обнаружив, что знаменитая «зебра» — это не декорация и не туристический объект, а действующий пешеходный переход на пересечении оживленных дорог в жилом районе.

«Местные водители действительно раздражаются, особенно когда забирают детей из школы и вынуждены ждать, пока туристы в очередной раз воссоздают знаменитую сцену», — говорит Сарджент.

При этом в последние годы возникла другая проблема. Мошенники и воры иногда выдают себя за полицейских или сотрудников службы безопасности, подходят к ничего не подозревающим туристам якобы для проверки документов, а затем забирают деньги из их кошельков.

По словам Сарджент, подобное случается время от времени. Муниципалитет попросил полицию усилить патрулирование, после чего были произведены аресты, а в районе установили дополнительные камеры наблюдения.

Среди самих туристов атмосфера гораздо дружелюбнее. Диана Коул, приехавшая из Южной Каролины, сидит на стене и наблюдает, как паломники по местам Битлз стаптывают на переходе свои резиновые подошвы (rubber soles).

«Я думала, людей будет больше. И представляла себе все это место крупнее. Но здесь здорово просто сидеть и смотреть. Пять минут назад я выложила фотографию в соцсеть и уже получила кучу лайков», — говорит она. Ее муж Стив, большой поклонник музыки, рассказывает, что совсем недавно они побывали также у дома Вана Моррисона в Белфасте.

Увидеть происходящее на Эбби-роуд можно, даже не приезжая в Лондон. Примерно с 2010 года камера возле студии круглосуточно транслирует переход в интернете. На сайте Abbey Road Studios существует даже «Зал славы перехода», где собирают самые удачные попытки повторить знаменитую походку Битлз.

В 2018 году камера запечатлела и самого Маккартни, переходившего Эбби-роуд перед небольшим концертом в студии в поддержку альбома «Egypt Station».

Затем автор встречает 23-летнего канадского фолк-музыканта Куинна Леблана, приехавшего в Великобританию выступать на фестивалях. В прошлом году он также снялся в сериале Amazon Prime «We Were Liars».

Леблан проходит через «зебру» с сигаретой во рту — и даже не просит никого его сфотографировать.

«Мне всегда нравились такие вещи. Но фотография мне не нужна. У меня даже нет аккаунта в соцсети, чтобы ее туда выложить», — говорит он.

Джефф Тернер, владелец расположенного неподалеку магазина St John’s Wood Collectables, заполненного сувенирами и предметами, связанными с Битлз, говорит, что Диана Коул права: как ни удивительно, раньше туристов у перехода было еще больше.

«В это время года здесь бывало не меньше 300 человек», — вспоминает он.

Почему их стало меньше?

«Наверное, молодые сейчас считают свою музыку лучше», — с недоверием улыбается Тернер. Раздраженным автомобилистам он не сочувствует.

«Если им это не нравится, есть еще три дороги, по которым можно проехать. У меня есть теория: это просто сердитые люди, которым нравится на чем-нибудь срывать злость».

Особенно показательна реакция лондонских таксистов, которые обычно готовы высказаться о любой ненужной помехе на дорогах между Илингом на западе и Ист-Хэмом на востоке.

Генеральный секретарь Ассоциации лицензированных таксистов Стив Макнамара неожиданно относится к ситуации спокойно.

«На Эбби-роуд так уже лет сорок. Количество людей меняется в зависимости от сезона. Это просто еще одна история в Лондоне, с которой приходится жить. Люди приезжают сюда со всего мира именно ради этого», — говорит он.

Да, признает Макнамара, иногда это раздражает и на преодоление участка может уйти до четверти часа.

«Но хотели бы мы, чтобы все это прекратилось? Нет. Потому что это часть истории Лондона».

Он сравнивает ситуацию с ежедневным перекрытием улицы возле Букингемского дворца во время смены караула.

«Это создает еще больше проблем, но ты живешь в Лондоне. Все это часть городской культуры. Если вы хотите услышать от меня, что мы страшно злимся из-за перехода, — нет, не злимся».

Таксист Найджел Видал, которого автор встречает у зеленой стоянки такси на соседней Уорик-авеню, согласен: «Это часть лондонской жизни».

Похожего мнения придерживается и Саймон Кириаку из местного агентства недвижимости Winkworth: «Это часть очарования Сент-Джонс-Вуда. Солнце или дождь — людей все равно сюда тянет. Как к Lord’s или Риджентс-парку».

Еще один член местного совета от Консервативной партии, Фестус Акинбусойе, тоже гордится достопримечательностью.

«У нас есть Букингемский дворец, Тауэрский мост, London Eye, музей мадам Тюссо — и все равно люди хотят приехать сюда и перейти обычную «зебру», хотя по дороге сюда наверняка уже перешли несколько таких же. Я горжусь нашим переходом. Он полезен для Эбби-роуд, Вестминстера и Лондона».

С переходом связана давняя история о том, что после 1969 года его перенесли на несколько метров. Однако Historic England, сравнив фотографию с обложки с другими историческими снимками и нынешним расположением, пришла к выводу, что «зебра» находится по существу на том же месте.

Да и сам альбом сначала собирались назвать «Everest». Битлы даже подумывали о том, чтобы отправиться ради фотосессии в Гималаи — что, вероятно, сильно осложнило бы жизнь современным любителям TikTok.

Фотограф Иэн Макмиллан сделал для будущей обложки всего шесть кадров. Для сравнения, сегодня, по оценке автора, на этом месте делают около тысячи снимков в день.

Простое фото оставило наследие почти гималайского масштаба.

В финале автор говорит еще с одним лондонским таксистом, который представился Марком. Тот даже заезжает на тротуар, чтобы сфотографировать свою пассажирку, канадскую туристку. Незадолго до этого она успела побывать и возле дома Маккартни неподалеку.

«Я вовсе не обязан был это делать, — говорит Марк после съемки. — Мне здесь вообще могут выписать штраф за парковку. Но зачем портить себе настроение? В мире и без того хватает всякой дряни. Для меня сфотографировать человека — не проблема».

На углу Уайтчепел и Стэнли-стрит в Ливерпуле когда-то находилось ничем не примечательное с виду кафе, оказавшееся в самом центре музыкальной жизни города. Kardomah Café располагалось буквально за углом от Cavern Club, где выступали Битлз и множество других молодых ливерпульских групп.

В конце 1950-х и начале 1960-х Kardomah, которое завсегдатаи ласково называли «KD», стало местом встреч местных музыкантов. При этом история бренда началась гораздо раньше — в 1844 году на Падси-стрит, где компания Vey Brothers торговала чаем и бакалеей. Первое кафе Kardomah появилось в городе в начале XX века, когда бизнес уже перешел к более крупной компании.

Со временем заведения Kardomah открылись во многих местах в центре Ливерпуля — на Баснетт-стрит, Болд-стрит, Касл-стрит, Чапел-стрит, Дейл-стрит, Редкросс-стрит и Рамфорд-плейс. К 1960 году кофейни сети работали также на Черч-стрит, Норт-Джон-стрит и Уайтчепел.

Особое место в истории мерсибита занял филиал на Уайтчепел, 19, открывшийся примерно в 1950 году. Напротив находился музыкальный магазин NEMS (North End Music Stores), которым руководил Брайан Эпстайн, по соседству — Hessy's Music Store, а всего в нескольких шагах — Cavern Club.

В 1960 году на Уайтчепел открылся четырехэтажный флагманский магазин NEMS. Семейный бизнес Эпстайнов когда-то начинался с торговли мебелью, но при Брайане NEMS превратился в один из заметных музыкальных магазинов севера Англии и одну из ключевых точек музыкального Ливерпуля.

Интерес покупателей NEMS к записям Битлз стал одним из факторов, привлекших внимание Эпстайна к группе. 9 ноября 1961 года он отправился в Cavern Club, чтобы впервые увидеть их выступление.

Впоследствии Эпстайн стал менеджером Битлз. Первый менеджерский контракт с ним группа подписала в январе 1962 года, а 1 октября в офисе NEMS был заключен новый договор уже с Ринго Старром. Эпстайн также добился для группы контракта с лейблом Parlophone.

Тесное соседство NEMS, Kardomah, Hessy's и Cavern хорошо передавало устройство тогдашней музыкальной жизни Ливерпуля: на небольшом участке центра города молодой музыкант мог купить инструмент, послушать свежие пластинки, выпить кофе, а затем отправиться играть в клубе.

Об этом вспоминала и Фрида Келли, бывшая секретарь официального фан-клуба Битлз, который некоторое время работал из офисов NEMS.

«Я обожала NEMS и ходила туда еще до того, как начала работать на Брайана Эпстайна, — рассказывала она Liverpool Echo. — Я пришла туда в 1962 году, а отец сказал, что все это продлится всего год».

В итоге Келли проработала в NEMS десять лет и постоянно пересекалась с битлами.

«NEMS был центром всего. Если вы сидели в Kardomah Café на Стэнли-стрит, можно было посмотреть в сторону NEMS и понять, находятся ли там битлы, — вспоминала она. — В кабинете Эпстайна не было стульев, поэтому они обычно прислонялись к полке — и сразу было видно, что они там».

Битлз были среди тех, кто регулярно заходил в Kardomah. По мере того как мерсибит набирал популярность, посетителями кафе становились и другие будущие звезды. В частности, здесь часто бывала Силла Блэк.

NEMS прекратил существование в 1990-х, здание на Уайтчепел снесли в 2012 году, но воспоминания об этом музыкальном квартале сохранились. Спустя десятилетия жители Мерсисайда продолжали рассказывать о Kardomah как о части своей молодости.

Кевин Уилсон вспоминал: «Я проводил массу времени и тратил немало карманных денег в том магазине. Потом перебегал через дорогу в Kardomah за чашкой кофе с пенкой. Счастливые времена».

Другой завсегдатай, Эл Питерс, рассказывал: «Эппи откладывал для меня пластинки с блюзом и ритм-н-блюзом, чтобы я мог послушать их в дальних кабинках на Грейт-Шарлотт-стрит и в NEMS на Уайтчепел. Я провел немало прекрасных часов в Kardomah напротив NEMS. Мы приходили туда с только что купленными пластинками и встречали участников разных групп».

Сирша Ронан впервые рассказала о работе над ролью Линды Маккартни в четырех фильмах Сэма Мендеса о Битлз.

Актриса призналась, что сама является большой поклонницей группы. По ее словам, погружение в историю и работа со съемочной группой и актерами, которые годами изучали материал, оказались для нее очень вдохновляющими.

Ронан также сообщила, что во время подготовки больше узнала о Линде — о ее влиянии на Пола, о том, как она сплачивала семью и какой была матерью.

«Ее очень любили все, кто ее окружал», — добавила актриса.

Пола Маккартни в фильмах играет Пол Мескал. Ронан уже снималась с ним в картине «Foe» 2023 года, где они также сыграли супружескую пару. По словам актрисы, их давняя дружба помогла на новых съемках.

Клифф Ричард записал кавер-версии «From Me To You» Битлз и «My Sweet Lord» Джорджа Харрисона для своего нового альбома «Only Number Ones».

48-й студийный альбом 85-летнего музыканта выйдет 27 ноября. В него войдут песни разных десятилетий, занимавшие первое место в британском чарте синглов.

По словам Ричарда, он сам предложил Warner Music идею записать альбом хитов №1, прослушал десятки песен и выбрал 12 своих любимых.

Помимо «From Me To You» и «My Sweet Lord», Ричард записал для альбома «Spirit In The Sky» Нормана Гринбаума, «All I Have To Do Is Dream» The Everly Brothers, «I’m A Believer» The Monkees, «Oh, Pretty Woman» Роя Орбисона, «Sign Of The Times» Гарри Стайлса и другие песни.

Запись телефонного интервью Джорджа Харрисона, которое более 60 лет не было доступно публике, появилась в открытом доступе. Разговор состоялся 17 февраля 1964 года — на следующий день после второго выступления Битлз в «Шоу Эда Салливана».

20-летний Харрисон говорил по телефону из Флориды с девушкой-подростком из Эвансвилла, штат Индиана. По имеющимся данным, она выиграла конкурс, призом в котором было интервью с одним из битлов. Беседа тогда прозвучала в эфире местной радиостанции WJPS.

Позднее аудиозапись исчезла из открытого доступа. Ее нашли на пластинке среди вещей сестры Джорджа — Луизы Харрисон. Американский музыкант Уоррен Баттс очистил запись от шума и сделал цифровую копию.

Теперь записью поделились с Кеном Ламбертом и Дейлом Робертсом, совладельцами дома детства Харрисона на Аптон-грин. Интервью прозвучало в доме № 25, где Джордж жил в юности.

Полную запись включили в специальный выпуск подкаста Робертса The Liverpool Stories.

Дамы и Господа!
Всё для вашей радости!
Московский бит-квартет DANS RAMBLERS расширяет свой музыкальный кругозор и уже совсем скоро перевоплотится в новый проект под названием ПРОСТЫЕ РОМАНТИКИ с большой программой песен легендарных групп СЕКРЕТ и БРАВО!
Премьер будет две. Первая - в пятницу, 18 сентября, в славном и прекрасном городе Тверь, в замечательном клубе BIG BEN (ул.Брагина, д.2). Старт в 21:30, билеты по ссылке::https://bravo-sekret.ticketscloud.org/
Премьера для московских зрителей пройдёт в пятницу, 25 сентября, в уютнейшем MELLOW YELLOW Music Club (м.Нагатинская, Коломенская, ул.Нагатинская, д.16 с.9). Там старт наоборот в 20:00. Билеты по 500р., столики можно забронировать по тел. +7 (915) 078-70-74.
Приходите! Вместе узнаем, что из этого выйдет. Нам самим это очень интересно.

Дэвид Бирн: “У нас все получилось”

Мистер Бирн, сейчас вы пишете песни по-другому, чем 30 лет назад?
Сейчас я не мог бы писать те же песни, что и тогда. Я уже не тот человек, и у тебя нет тех тревог и увлечений, которые бывают у тебя, когда тебе за двадцать. Но я нахожу другие способы писать. Я обнаружил, что могу писать с точки зрения другого человека или даже использовать чужие слова и создать из этого песню. И это освобождает меня, потому что позволяет мне выражать эмоции через другого человека, которые я никогда бы не выразил сам.

Я полагаю, песня Talking Heads “Psycho Killer” относится к этой категории…
Она не была автобиографичной. (смеется) Это была первая песня, которую я написал, так что это был способ узнать, смогу ли я написать песню. И после этого я понял, что понял форму, и тогда я понял, что могу написать что-то более личное. После этого все стало более личным.

Мне нравится, как вы исполнили эту песню на разогреве "Stop Making Sense".
Спасибо. Это было шоу, в котором мы тогда выступали во время тура. Фильм просто немного укоротил его, чтобы вы могли быстрее понять суть повествования.

И теперь это один из лучших концертных фильмов, когда-либо снятых.
Я подумал, что это действительно простая идея, и был очень удивлен, что никто до этого не додумался. Я подумал: “Никто еще не снимал фильм, в котором ты начинаешь с нуля и создаешь шоу, создаешь его по ходу дела?” Нет, так что…

Несколько лет назад вы также сняли свой собственный фильм "True Stories". Почему вы больше не снимались в кино?
Так или иначе, это была моя вина. После этого фильма я увлекся им и попытался организовать показ других фильмов в Лос-Анджелесе, но это была катастрофа. Вы снова и снова слышите истории о людях, которые годами пытаются что-то сделать, но если это занимает слишком много времени, я подумал: “Нет, у меня не хватит терпения. Я напишу несколько песен и запишу альбом”.

Было ли это сложнее из-за вашего музыкального успеха?
Это сложнее, потому что у вас не хватает терпения. Если вы сосредоточены на создании фильма, все остальное исчезает.

Вам нравится, когда в фильмах используется ваша музыка?
Когда это работает, это здорово. Когда это работает, вы действительно получаете что-то особенное, но когда это не работает, это катастрофа.

Можете ли вы этого избежать?
У меня нет всех прав на мои песни, но я могу контролировать их распространение. Но в целом, если с финансами все в порядке, я не отказываюсь ни от каких фильмов. Я не выношу никаких редакторских суждений.

Всегда?
Ну, однажды кто-то захотел использовать “This Must Be the Place” для сцены, где женщину рубят на куски, и я просто подумал: “Нет, я не хочу, чтобы этот образ ассоциировался с этой песней”.

За эти годы вы также написали несколько саундтреков к фильмам, вы даже получили премию Оскар за работу над "Последним императором (The Last Emperor)". Когда вас просят написать саундтрек к фильму, что заставляет вас соглашаться?
Если мне кажется, что это будет непросто и весело, то, конечно, я хочу это сделать. Также, если то, что нужно, не является чем-то, что кто-то другой может сделать лучше, чем я. Есть что-то вроде более традиционного саундтрека, и если это то, к чему они стремятся, я скажу: “Знаешь, есть люди, которые делают это лучше, чем я. Тебе нужно обратиться к ним”. Но другие люди хотят попробовать что-то новое. Они хотят попробовать что-то, возможно, немного необычное.

В этом есть смысл – вы, кажется, всегда пробуете что-то новое. Недавно вы даже написали книгу о музыке.
Я написал пару статей для журналов и газет и понял, что меня привлекает идея о том, как различные контексты влияют на звучание музыки. Так что, меня заинтересовало, как на музыку влияют акустика помещения, экономика, технологии, и я подумал: “О, может быть, я напишу целую книгу обо всех этих различных способах воздействия на музыку извне, а не изнутри”.

Вы думаете, это позор, что в наши дни мы слушаем такую низкокачественную музыку, не так ли? Благодаря распространению mp3-файлов с высокой степенью сжатия и дешевых наушников…
Конечно, я бы хотел, чтобы качество было лучше, но я также осознал, что когда я был маленьким, я слушал музыку по маленькому радиоприемниу, что было так здорово. Это полностью изменило мою жизнь, а звук был ужасным. На самом деле, иногда я слушал радио в постели под подушкой, и звук проникал сквозь подушку – полностью приглушенный, но этого было достаточно.

Думал ли когда-нибудь тот парень с радиоприемником под подушкой, что он сам будет на радио?
Конечно, когда мы начинали, я думал, что музыка, которую мы исполняем, хороша и что мы собираемся заменить всех динозавров. Но я также понял, что эти динозавры действительно хороши, некоторые из них действительно хороши – все эти группы, будь то Fleetwood Mac или кто–то еще, а я не настолько хорош, поэтому подумал: “Нет, вряд ли”.

К счастью, вы ошибались.
Да, у нас все получилось.