12 августа легендарный гитарист выступил с группой своей молодости на концерте в театре "Jones Beach" в Нью-Йорке. Вместе они исполнили нержавеющий хит "Smoke On The Water".

Накануне вечером 11 августа Ричи Блэкмор провел прямой эфир в соцсетях и рассказал, что «отправил ИИ-голубя» вокалисту Deep Purple Иэну Гиллану. Он предложил поучаствовать в концерте, выйдя на бис во время одной из песен – «просто чтобы вспомнить старые добрые времена». Гиллану идея понравилась. Он предложил ее группе и получил одобрение.

Впрочем, складывается впечатление, что Блэкмор не собирается возвращаться в Deep Purple насовсем. Блэкмор также напомнил, что сейчас ему 81 год. То есть, возможно, это был один из последних шансов.

Блэкмор ушел из Deep Purple более 30 лет назад. Последний концерт группы с его участием прошел 17 ноября 1993 года в Хельсинки. Это был тур в поддержку альбома «The Battle Rages On…» (1993).

Менее чем за две недели до того, как Джон Леннон сообщил о решении уйти из Битлз, он обсуждал с Полом Маккартни и Джорджем Харрисоном следующий альбом и дальнейшую работу группы. Запись встречи, сделанная в сентябре 1969 года, показывает, что Леннон предлагал по-новому распределять песни между авторами, отказаться от «мифа о Ленноне и Маккартни» и строже отбирать материал для будущих пластинок.

Разговор состоялся в лондонской штаб-квартире Apple Corps. Ринго Старр находился в больнице, поэтому встречу записали специально для него. В начале пленки Джон объясняет, что таким образом Ринго сможет услышать, что они обсуждали.

Речь шла не только о еще одном альбоме. Леннон хотел, чтобы Битлз выпустили новый сингл к рождественским праздникам, а для будущих пластинок предложил новую схему: по четыре песни Леннону, Маккартни и Харрисону и еще две — Старру, если тот захочет.

Джон хотел заранее закрепить за каждым автором определенное количество композиций, чтобы уже в студии не приходилось выяснять, осталось ли на пластинке место после нескольких песен одного из участников. «Я просто хочу, чтобы было понятно: что бы ни случилось, я имею право включить в альбом четыре песни», — говорил он.

Еще одной идеей был отказ от того, что Джон назвал «мифом о Ленноне и Маккартни». Большую часть песен они писали по отдельности, при этом авторство по-прежнему указывалось как Lennon–McCartney. Джон предложил впредь подписывать каждую песню именем того, кто действительно ее сочинил.

Пол на встрече говорил мало. Он не поддержал ни новую схему распределения песен, ни предложение изменить принцип указания авторства.

Предложение выделять Джорджу по четыре песни на каждом альбоме заметно отличалось от прежней практики Битлз. За предыдущий год Харрисон принес группе «Old Brown Shoe», «Something» и «Here Comes the Sun». «Old Brown Shoe» вышла на стороне B сингла «The Ballad of John and Yoko», а «Something» стала первой и единственной песней Харрисона, получившей у Битлз статус стороны A.

Леннон прямо признал, что раньше синглы в основном делили между собой он и Маккартни. По его словам, Джорджу почти не предлагали даже стороны B: обычно сторона A доставалась одному из двух главных авторов, а сторона B — другому.

Автор статьи допускает, что на позицию Джона мог повлиять и уход Харрисона из группы 10 января 1969 года во время работы над материалом для «Let It Be». Леннон считал это не внезапным, а закономерным решением: Джорджа давно не устраивало отношение к его песням.

Джон предлагал изменить и принцип отбора материала. По его мнению, на альбомы Битлз должны попадать только самые сильные песни. Все трое к тому времени уже выпускали собственный материал или отдавали песни другим исполнителям: Леннон записал «Give Peace a Chance» с Plastic Ono Band, Маккартни передал «Goodbye» Мэри Хопкин, а «Come and Get It» — группе The Iveys, вскоре переименованной в Badfinger. Харрисон отдал Джеки Ломаксу «Sour Milk Sea», не попавшую на «Белый альбом».

В качестве примеров Джон назвал «Ob-La-Di, Ob-La-Da» и «Maxwell’s Silver Hammer» Пола — песни, которые ему самому не нравились. Он предложил Маккартни отдавать подобные вещи исполнителям, которым ближе такая музыка, а для альбомов Битлз оставлять материал, который действительно нравится самой группе.

Автор статьи видит в этом попытку избежать ситуации, когда каждый участник приносил свою композицию, а остальные фактически становились его аккомпанирующей группой. Такую практику он связывает прежде всего с «Белым альбомом» и «Abbey Road», в частности с работой над «Maxwell’s Silver Hammer» и попурри на второй стороне последнего альбома.

Но разговор вскоре перешел в спор о песнях Харрисона. Маккартни считал, что Джордж как автор заметно вырос только в последнее время, а Харрисон возражал, что многие из его песен были написаны раньше. Затем они стали выяснять, насколько активно Леннон участвовал в записях Джорджа.

Харрисон жаловался, что на большинстве его композиций остальные участники группы ему не аккомпанировали. Джон, в свою очередь, напомнил, что группа много работала над песнями Джорджа еще со времен «Don’t Bother Me». Он также заметил, что в период увлечения Харрисона индийской музыкой остальные порой просто не были нужны. Когда Джордж заговорил о «Белом альбоме», Леннон в ответ вспомнил Эрика Клэптона, сыгравшего на «While My Guitar Gently Weeps».

Автор считает примечательным, что Маккартни и Харрисон, похоже, не заметили главного: впервые по меньшей мере за последний год Леннон демонстрировал заинтересованность в будущем группы.

Через несколько дней после встречи Джон Леннон и Йоко Оно отправились в Канаду. 13 сентября музыкант выступил на Toronto Rock and Roll Revival Festival с временным составом Plastic Ono Band, куда вошли Эрик Клэптон, Клаус Ворман и Алан Уайт.

После возвращения отношение Леннона к будущему Битлз изменилось. 20 сентября 1969 года он сообщил Маккартни и Старру, что уходит из группы. Предложенная схема будущих альбомов так и не была реализована.

В североирландском Портстьюарте предложили установить памятник в честь бывшего гитариста Wings Генри Маккаллоу. Идею поддержала его вдова Джози.

Джози Маккаллоу рассказала, что монумент имел бы для нее большое значение. По словам вдовы, несмотря на многочисленные поездки и работу с известными музыкантами, Генри не забывал свои корни, и Портстьюарт всегда оставался для него домом.

Местный музыкант Уэс Гилмор обсудил инициативу с представителями совета округа Козуэй-Кост-энд-Гленс и местными депутатами. Он также рассчитывает встретиться с представителями Совета по искусству Северной Ирландии.

Род Стюарт отменил концерты в рамках тура «One Last Time» по рекомендации врачей. 81-летнему певцу потребуется четыре недели на восстановление после установки коронарного стента.

«Мне уже лучше, и я определенно иду на поправку. Хочу поблагодарить врачей, медсестер и всех, кто так замечательно обо мне заботился», — заявил Стюарт.

Он добавил, что очень расстроен из-за отмены выступлений.

В этом году певец уже отменял концерты из-за проблем со здоровьем — два шоу в Лас-Вегасе и одно в Сан-Диего.

В октябре выйдет «The Third Eye: Early Photographs» — книга фотографий, которые Джордж Харрисон сделал в годы Битлз. Делюкс-издание дополнят семидюймовой пластинкой с ранее не издававшейся записью музыканта.

В книгу вошли более 250 цветных и черно-белых фотографий и кадров с 8-мм пленки, многие из которых публикуются впервые. Среди них — снимки Пола Маккартни, Джона Леннона, Ринго Старра, самого Джорджа, а также их друзей. Подборку подготовила Оливия Харрисон.

Делюкс-версия будет выпущена 27 октября. Книгу в тканевом переплете с тиснением поместят в специальный футляр. В комплект также войдут четыре фотопринта и подписанный и пронумерованный Оливией оттиск.

Как утверждает Beatles Blogger, на пластинке представлен ранее не издававшийся кавер Харрисона на песню Эрты Китт 1950-х годов.

Стандартное издание «The Third Eye: Early Photographs» поступит в продажу в США 6 октября, в Великобритании — 8 октября.

Джайлс Мартин рассказал о подготовке специального издания «Rubber Soul», новых миксах Битлз и работе с архивными записями. Он также поделился впечатлениями от фильмов Сэма Мендеса и подробностями о песне «Little Girl».

***

В частности, по словам Мартина, для каждого слушателя окончательной становится та версия записи, которую он полюбил, и новый микс не меняет саму песню или отношение к ней.

***

Джайлс понимает, что сегодня многие слушают музыку в наушниках. Он не хочет, чтобы человек включил Битлз и подумал: «Как странно: все голоса в одном ухе». Поэтому вокал в новых миксах Мартин обычно помещает в центр и уже от него выстраивает остальное. Свой подход он сравнил с реакцией детей на старые фильмы: иногда Джайлс советует им посмотреть хорошее кино, а в ответ слышит, что оно «выглядит старым». «Я не хочу, чтобы это происходило с Битлз», — объяснил он.

***

Один из самых показательных примеров для Мартина — «Nowhere Man». Джайлс помнит начало песни как мощное хоровое вступление, которое сразу обрушивается на слушателя, но в старом стереомиксе голоса идут из одного канала и звучат гораздо менее масштабно.

Интервьюер, в свою очередь, отметил, что в новом миксе голоса в «Nowhere Man» распределены и это похоже на то, как сами музыканты слышали бы друг друга, стоя рядом и исполняя гармонии. Джайлс подтвердил, что в таких ситуациях ему приходится отталкиваться от собственного представления о том, какого звучания хотели бы сами битлы.

***

Как добавил Мартин, во время работы над переизданием Пол Маккартни пытался поставить себя на место Джона Леннона и Джорджа Харрисона и понять, что понравилось бы им. Джайлс подчеркнул, что сэр Пол очень внимательно относится к тому, чего могли бы хотеть Джон и Джордж.

Так было и с «Now And Then»: когда Мартин делал струнную аранжировку, Маккартни просил, чтобы он как можно более точно воспроизвел в ней гитарную партию Джорджа. Джайлс в целом говорит о работе с наследием Битлз как о совместном процессе, причем не только с Полом и Ринго: Шон Оно Леннон и Дани Харрисон очень музыкальны, а Оливия Харрисон хорошо знает, чего хотел Джордж.

***

Во время интервью обсуждалось и то, что на «Rubber Soul» менялся сам подход группы к студийной работе. Битлз все меньше исходили из того, как потом сыграть записанное на сцене, и все больше думали о том, что можно сделать именно в студии. Джайлс описал это как стремление уйти от мерсибита и привычного «битловского» звучания и попробовать что-то другое.

***

Мартин также отверг предположения о том, что он якобы специально придерживает интересные архивные находки для будущих изданий. Иногда бывает наоборот: Джайлс обнаруживает запись, думает, что это потрясающе, а ему отвечают, что это давно есть на YouTube.

***

Кроме того, в беседе отмечается, что в период работы над «Rubber Soul» изменилось и отношение Леннона и Маккартни к альбомным песням. Они уже были достаточно уверены в том, что в случае необходимости смогут написать хитовый сингл, и потому могли сознательно создавать вещи именно для альбома.

***

В новые архивные издания Джайлс старается включать как можно больше студийных разговоров. По его словам, такие фрагменты очеловечивают происходящее: сначала слышишь человека, который просто разговаривает, а через мгновение он начинает петь. Мартин сравнил этот переход с превращением Кларка Кента в Супермена. Однажды нечто похожее он испытал рядом с Джони Митчелл в Японии: она сидела напротив и спокойно разговаривала с ним о песнях, а затем вдруг запела.

***

Сейчас Джайлс занят работой над фильмами Сэма Мендеса о Битлз. Подробности ему пока раскрывать нельзя, но увиденное Мартин назвал «по-настоящему необыкновенным». Джайлс отдельно отметил подход создателей к материалу: «За все проекты о Битлз, над которыми я работал, я никогда не видел такого стремления к достоверности, как здесь».

***

В интервью Mojo Джайлс подробнее рассказал о «Little Girl» — ранее неизвестной песенной «заготовке» Леннона, включенной в специальное издание «Rubber Soul». По его словам, запись показывает, на каком творческом этапе находился Джон в тот момент. Мартин назвал ее поп-песней и предположил, что нечто подобное можно было бы представить и на «Double Fantasy», когда Леннон словно вернулся к тому, с чего начинал.

Представленную версию «Little Girl» Мартин смонтировал из нескольких частей демозаписи. В ней звучат слова: «Little girl, I’ve come to say / That this has been a lovely day / I love you, I love you ... if you’d have asked me yesterday / Then I’d have told you sweet FA».

Похожие строки Леннон записал на обороте открытки, которую Джордж Харрисон получил от поклонника из Японии. Она датируется 1965 или 1966 годом, а позднее Хантер Дэвис включил ее в книгу «The John Lennon Letters».

Бывшая хранительница дома семьи Маккартни на Фортлин-роуд Сильвия Холл рассказала о пьесе «Julia’s Song», посвященной матери Джона Леннона. По словам 77-летней Холл, идея постановки возникла после того, как она неоднократно слышала резкие высказывания поклонников Битлз о Джулии Леннон.

Это происходило, когда Холл подменяла своего мужа Колина, хранителя дома, где Джон провел детство. Посетители нередко осуждали Джулию за то, что сына воспитывала ее сестра Мими. Холл считает, что история была гораздо сложнее. Поэтому она решила сделать Джулию главной героиней и показать другую сторону ее жизни.

В «Julia’s Song» Джулия — это не только мама Джона, но и человек, повлиявший на его музыку, ведь в подростковом возрасте Леннон вновь сблизился с матерью.

Холл написала пьесу, она же выступает режиссером. В постановке прозвучит оригинальная музыка Тома Макконнелла. «Julia’s Song» покажут в ливерпульском Epstein Theatre с 10 по 12 сентября 2026 года.

Кристофер Скапеллити

Песня «A Hard Day’s Night», вышедшая 10 июля 1964 года, более 60 лет заставляет гитаристов ломать голову над знаменитым вступительным аккордом. Вот почему никому так и не удалось воспроизвести его в точности.

Один из самых узнаваемых звуков в истории рока десятилетиями вызывает споры среди музыкантов, исследователей и поклонников Битлз. Даже Джордж Харрисон в разные годы по-разному рассказывал о том, что именно он сыграл. А поскольку Харрисона, Джона Леннона и Джорджа Мартина уже нет в живых, окончательно разгадать эту загадку, возможно, так и не получится.

Ситуацию осложняет то, что звук, который слушатели воспринимают как один аккорд, на самом деле складывается из партий сразу нескольких инструментов — фортепиано Мартина, электроакустической Gibson J-160E Леннона, 12-струнной электрогитары Rickenbacker 360/12 Харрисона и баса Höfner Пола Маккартни. В некоторых разборах партию Мартина вообще не учитывают, но как ни распределяй отдельные партии, одному гитаристу воспроизвести знаменитое вступление решительно невозможно.

«Мы знали, что эта песня будет открывать и фильм, и альбом с саундтреком, поэтому нам хотелось особенно мощного и эффектного начала, — объяснял Мартин. — Резкий гитарный аккорд подошел идеально».

Так и вышло. Спустя более шести десятилетий этот аккорд по-прежнему охотно разбирают авторы роликов на YouTube, пытаясь раскрыть его секрет. А одно из первых серьезных исследований этой загадки появилось на страницах журнала «Guitar Player» еще в 2005 году — примерно за год до официального запуска YouTube для широкой публики.

За это исследование взялся доктор Джейсон И. Браун, профессор математики и информатики Университета Далхаузи в Галифаксе. Он применил математический метод, известный как преобразование Фурье, чтобы разложить запись на составляющие ее частоты.

Как объяснял Браун, в одной из самых распространенных в то время расшифровок этот аккорд складывался из нот G, D, F, C, D и G, сыгранных на одной гитаре. В сборнике партитур «The Beatles Complete Scores» предлагалась другая версия: Харрисон играет на 12-струнном Rickenbacker ноты G, D, G, C, D и G, Леннон на своей электроакустической Gibson — D, G, C и G, а Маккартни берет на басу низкую D.

Чтобы проверить эти версии, Браун проанализировал односекундную цифровую запись аккорда. Применив к звуку преобразование Фурье, он округлил значения 48 частот с наибольшей амплитудой до ближайшего полутона.

Анализ выявил 23 различные ноты в диапазоне почти пяти октав: A2, D3, F3, G3, A3, C4 (до первой октавы), D4, G4, A4, C5, D5, G5, B5, C6, D6, E6, F#6, G#6, A6, D7, E7, F7 и G7.

«Теперь понятно, почему самые распространенные варианты этого аккорда не могут быть верными, — писал Браун. — В каждом из них присутствует низкая G2, но анализ частот совершенно определенно ее не показывает. Изучив частоты, я обнаружил, что одна из частот, соответствующих D3, сильнее остальных; это позволяет предположить, что ее дает бас Маккартни. Но остальные низкие ноты невозможно было соотнести с 12-струнной гитарой Харрисона, даже если учитывать ноты, сыгранные Ленноном на шестиструнной».

К разгадке Браун приблизился, когда перестал исходить из того, что весь звук создают только гитары.

«Продолжив рассуждение, я обнаружил, что присутствие фортепиано действительно решает проблему с частотами, — писал он. — Главное — фортепиано там действительно есть: это следует из расчетов».

Вывод Брауна не дает ответа на все вопросы, связанные со знаменитым вступительным аккордом, и споры вокруг него вряд ли когда-нибудь прекратятся окончательно. Но он объясняет, почему поколения гитаристов никак не могли его воспроизвести: они пытались сыграть на одной гитаре то, что изначально создавалось несколькими инструментами.

Сиршу Ронан впервые сфотографировали в образе Линды Маккартни на съемках фильмов Сэма Мендеса о Битлз. Работа проходила в Лондоне.

В сфотографированных папарацци сценах Ронан в роли Линды приезжает на такси вместе с девочкой, играющей Хизер. Их встречает Пол Мескал в образе Пола Маккартни.

Мендес снимает четыре фильма, каждый из которых расскажет историю Битлз с точки зрения одного из участников группы. Все четыре картины планируется выпустить в кинотеатрах в апреле 2028 года.

Для этого интервью Амелия Димольденберг пригласила Пола Маккартни в обычную забегаловку (Temple of Seitan, 43 Parkway, NW17PN) поесть жареную картошку и наггетсы (это - фишка её канала). Более чем полувековая разница в возрасте между блогершей и музыкальной легендой не помешала милой, непринуждённой болтовне между ними за коробкой вредной еды, для разнообразия.

Ольга

Источник - https://www.youtube.com/watch?v=V0aq8OB-zwo&t=497s

Амелия: Хотите кетчуп?

Пол: Да.

Амелия: Вам как, на картошку или рядом?

Пол: Нет, рядом, немножко.

Амелия: Так?

Пол: Ага. А вам?

Амелия: Чуть-чуть. Ещё немножко.

Пол: Ещё?

Амелия: Да. Теперь достаточно. Спасибо.

Пол: А вы привередливая... Ну, что, навернём картошечки. Она, кстати, тут неплохая.

Амелия: Хорошая картошка. Любовь за деньги не купишь, а вот хорошую жареную картошку – легко.

Пол: Картошку-можно.

Амелия: И ещё – вегетарианские наггетсы… А вы сможете угадать, что на мне сегодня надето?

Пол: Видимо, что-то от Стеллы?

Амелия: Точно! Это – платье от Стеллы Маккартни!

Пол: Вам очень идёт!

Амелия: Большое спасибо! Оно – в звёздочку, я ж звезда…

Пол: Звезда своего блога.

Амелия: Да.

Пол: Ага. Это пока я сюда не зашёл.

Амелия: Ну…

Пол: Амелия, подумайте об этом. Хотя, знаете, вы звезда.

Амелия: Нет, это вы – звезда.

Пол: А я о чём?

Амелия: Я видела ваше выступление на Гластонбери.

Пол: Правда?

Амелия: Да. И я плакала.

Пол: Что, так всё плохо было?

Амелия: Скажите, а сколько у вас гитар?

Пол: Слишком много.

Амелия: Слишком много?

Пол: Ага. Наверняка их уже несколько сотен.

Амелия: Несколько сотен…

Пол: Знаете, в детстве всё, чего хочется (ну, всё, чего мне хотелось, и некоторым из моих друзей) – это гитара. И первая гитара, которая у тебя появляется, она настолько ценная для тебя. Но моя первая гитара была очень дешёвая и вскоре развалилась.

Амелия: Прямо развалилась на части?

Пол: Да, развалилась на части. Но она выглядела неплохо…

Амелия: Ну что ж, бывает. На вид норм, а качество — так себе.

Пол: Да. Просто разваливается.

Амелия: Правда ли, что вы как-то раз подожгли презерватив?

Пол: Да, это правда. Мы были в Гамбурге, с нами был наш старый барабанщик, Пит Бест, мы с ним жили в одной комнате, очень грязной, с голыми бетонными стенами, короче, ужасной. Мы спали, укрывшись британским флагом.

Амелия: Ух ты, как патриотично.

Пол: Мне послышалось, вы сказали – как эротично.

Амелия: Ну, простите…

Пол: Как эротично, обожаю британский флаг…

Амелия: Я не говорила – эротично, но кому что…

Пол: А что, звучит неплохо.

Амелия: Ну ладно, извиняюсь. Вы под британским флагом – очень эротично.

Пол: Это было в задней части кинотеатра. Мимо ходили посетители, чтобы пройти в туалет, а там мы стоим, бреемся, и всё такое: «Guten Morgen!”. О чём я рассказывал-то?

Амелия: О презервативе.

Пол: Ах да, о презервативе. Стены были голые, но на одной из них был прибит гвоздь. И вот, перед нашим отъездом, в знак протеста против ужасных условий проживания, Пит достал презерватив, и мы его подожгли. Он хорошо так разгорелся.

Амелия: Ого. Я бы до такого никогда не додумалась.

Пол: Вы что, никогда не поджигали презерватив?

Амелия: Да нет, как-то не доводилось…

Пол: Как же скучно вы живёте. Даже презерватив никогда не жгли.

Амелия: Как же скучно я живу. А у вас есть татуировки?

Пол: Нет.

Амелия: Хотели бы себе татуировку?

Пол: Да нет, как-то не хочется.

Амелия: Вообще никаких? Вы никогда не думали, что хотели бы себе набить?

Пол: Да, наверное, это было бы что-нибудь неинтересное. Сердечко там какое-нибудь, или что-то вроде того.

Амелия: Окей. Очень мило. Может быть, крылья?

Пол: Если я начну, то уже и не остановлюсь.

Амелия: Потому что есть столько всего, что можно попробовать.

Пол: Сердце, крылья…

Амелия: Жёлтая подводная лодка. Или огромный морж.( Пол смеётся) Возможности тут бесконечны. Я уверена, что у многих людей есть татуировки, связанные с вами и вашей жизнью, вашими песнями.

Пол: Да, правда, и это очень мило. Раньше мы так делали, теперь перестали. Когда мы выступали на стадионах, кто-то в толпе иногда держал плакат, на котором было написано: «Оставьте афтограф на моей руке, и я набью татуировку».

Амелия: А на заднице кто-нибудь просил расписаться?

Пол: Я всегда надеялся, что кто-то попросит, и кто-то даже однажды принёс на концерт такой плакат, и я бы расписался. Но нет, я тогда ничего так и не подписал.

Амелия: Что ж , время ещё есть.

Пол: (смеётся) Да.

Амелия: Вы всегда помните свои сны? Кажется, они для вас имеют весьма большое значение?

Пол: Да, я очень хорошо запоминаю свои сны.

Амелия: И многие песни приходят к вам во сне?

Пол: Наверное, мой самый грандиозный сон – это тот, в котором я услышал Yesterday. Я спал, в голове у меня играла мелодия, и она мне понравилась. Потом я проснулся и такой: что это было? И каким-то образом я её запомнил. Это было потрясающе.

Амелия: Я иногда записываю свои сны.

Пол: Правда?

Амелия: Да. Но, к сожалению, ко мне во сне не приходят мелодии или тексты песен. Меня преследуют какие-то здоровенные лисицы, и они пытаются проникнуть в мой дом… Помните, у вас есть такая песня, Baby You Can Drive My Car?

Пол: Ну да.

Амелия: Она меня немножко бесит, потому что у меня нет водительских прав, и я не умею водить машину. Вот попросит меня мой милый сесть за руль его машины, а я не могу.

Пол: Так научитесь.

Амелия: Какие привилегии даёт посвящение в рыцари?

Пол: Да, собственно, никаких. Если ты получаешь звание почётного гражданина города, то это своего рода отправная точка. Потом тебе разрешают провести стадо овец через центр города.

Амелия: А вы – почётный гражданин Ливерпуля?

Пол: Да, Ливерпуля.

Амелия: А у вас на ферме есть овцы?

Пол: Да, есть.

Амелия: Так вы могли бы съездить туда и привезти несколько овец в город. Я думаю, вам так и надо поступить. Почему бы и нет? Вы думаете, овцам не понравится в городе?

Пол: Почему? Да просто лень.

Амелия: Ладно. Я слышала, ваше любимое животное – это лошадь?

Пол: Да. И собаки.

Амелия: А выдры?

Пол: Домашняя выдра?

Амелия: Да. У меня есть домашняя выдра. Но их нужно заводить сразу несколько штук, потому что им нужно общение друг с другом.

Пол: Нет, Амелия, в этом плане я – пас.

Амелия: Ну, хорошо. Я никогда не была на Dungeon Lane. Как вы думаете, мне стоит туда съездить?

Пол: Нет.

Амелия: Нет?

Пол: Может, мне стоило сказать да, но там ничего особенного; эта улица находится прямо на окраине жилого комплекса, где я раньше жил, и где жил Джордж Харрисон. Это был наш путь к отступлению: по Dungeon Lane, вперёд через все эти улицы и дома, и на берег реки Мерси, куда я часто приходил.

Амелия: В детстве?

Пол: И в юности.

Амелия: А вы хорошо танцуете?

Пол: Да.

Амелия: Да?

Пол: Я неплохо танцую. Умею двигаться. (трясёт плечами)

Амелия: О Боже! Мне нравится это движение (повторяет за Полом).

Пол: Вот это – одно из моих движений.

Амелия: Его и достаточно.

Пол: Умеешь трясти плечами – и всё.

Амелия: Я, пожалуй, добавлю это к списку моих танцевальных движений. Назову это вилянием.

Пол: Как насчёт этого? (демонстрирует следующее танцевальное движение, как будто отталкивает что-то обеими ладонями)

Амелия: А это что? (повторяет за Полом)

Пол: Я называю это «Отвали, чувак».

Амелия: Класс.(смех) Вы так танцуете обычно?

Пол: Да, в клубах.

Амелия: Ну да… Но только вот название какое-то не очень… Отвали… (Амелия трясёт плечами)

Пол: Виляние больше нравится? Но это выглядит так, будто не знаешь, куда повернуть.

Амелия: Я, наверное, именно это движение и буду использовать. Как вы думаете, как часто нужно ходить к стоматологу?

Пол: (смеётся) Регулярно. Регулярно, для проверок.

Амелия: Окей.

Пол: Раз в год.

Амелия: Раз в год?

Пол: Ну да.

Амелия: Я там не была уже лет пять.

Пол: А как же кариес?

Амелия: У меня его нет.

Пол: Ну, на регулярные медицинские осмотры-то надо ходить?

Амелия: Мне повезло с зубами, слава Богу… А вы бываете иногда ботаном, по отношению к чему-либо?

Пол: У меня есть определённые привычки, и они довольно нудные.

Амелия: Какие, например?

Пол: Например, я принимаю витамины, и у меня выразился довольно нудный распорядок их приёма. По понедельникам я пью вот эти…

Амелия: Я не про это спросила. Это и правда скучно, не надо мне про это рассказывать.

Пол: Ну, а как, вы же сами спросили про ботана...

Амелия: Так я не думала, что вы начнёте рассказывать, какой витамин вы когда принимаете.

Пол: Так это и есть нудно. Могу ещё про что-нибудь такое рассказать. Хотите послушать?

Амелия: Вряд ли. Я-то думала, что вы мне про музыкальные инструменты что-нибудь расскажете… Есть ли у вас какие-нибудь советы по садоводству? Я знаю, что вы любите свой сад.

Пол: Не сажайте семена марихуаны.

Амелия: Хорошо.

Пол: Вот вам и хороший совет.

Амелия: Я как раз собиралась это сделать. Спасибо, что предупредили. Теперь не буду, пожалуй.

Пол: Вас могут арестовать за это.

Амелия: Вас же арестовывали.

Пол: Да.

Амелия: Не за выращивание, а за хранение?

Пол: Было времечко. Я был молодой, шебутной, глупый.

Амелия: А как думаете, может, мне начать употреблять?

Пол: Может быть. Хотите об этом поговорить?

Амелия: Грибочки, например?

Пол: Может быть… Потом поговорим.

Амелия: Считаете ли вы, что песни о любви у вас получаются лучше, когда вы влюблены?

Пол: Нет. Это прекрасно, это помогает, но… Нет, для меня иногда песни о любви – это не песни о конкретном человеке, а о любви как понятии. Песня может появиться из мечты о любви. Со мной так несколько раз происходило.

Амелия: Вы всё ещё можете делать стойку на голове?

Пол: Ага.

Амелия: Правда? И когда же вы её делали в последний раз?

Пол: На прошлой неделе.

Амелия: Ух ты!

Пол: У меня есть песня под названием When I’m 64, старая песня Битлз. И однажды ко мне подошла пожилая дама и сказала: «А знаете, я ведь пою одну из ваших песен. Работаю в доме престарелых, там её и пою». Я спросил, какую песню. Она ответила: «When I’m 64. Но мне пришлось изменить слова. Среди моих старичков таких молодых нет, пришлось поменять на When I’m 84 » .

Амелия: У вас есть собственный сорт роз. Роза Маккартни.

Пол: Да.

Амелия: Как романтично!

Пол: Очень круто. Сорт назвали в честь меня, когда мне было 50.

Амелия: Обожаю розы. Это-одни из моих любимых цветов.

Пол: Очень красивые цветы.

Амелия: А ещё я люблю лилии.

Пол: Я тоже.

Амелия: Мою бабушку завали Лили.

Пол: Правда?

Амелия: Ну вот, у нас есть что-то общее: вам нравятся лилии, мне -тоже.

Пол: Лилии… Мою первую жену звали Линда. Она, к несчастью, умерла от рака груди. Да… Но до этого я откуда-то узнал, что Аристотель Онассис дарил своим жёнам, одной из которых была Джеки Онассис, браслеты. И на браслете Джеки было написано JILY (Jackie I love you – Джеки, я тебя люблю). И тогда мне пришла в голову прекрасная идея: куплю-ка я Линде браслет с гравировкой Lily, это будет означать и Linda I love you, и лилию. Вот так идеально совпало.

Амелия: Какая прелесть! Вы это выгравировали на браслете? Это так мило!

Пол: Она была прекрасная девушка.

Амелия: Кто ваш любимый участник Битлз?

Пол: Любимый битл? Ну, теперь остался только один [кроме меня], так что сейчас это – Ринго. А во времена Битлз мы все восхищались Джоном. Потому что он был… Как бы точнее выразиться? Ну, лидером, наверное, хотя официально лидера в группе не было. А ещё он был очень остроумным, поэтому было здорово быть с ним в группе. Думаю, мы все могли бы сказать, что Джон был у нас любимым битлом.

Амелия: А вы – мой любимый битл.

Пол: Правда? Вот так так. (в камеру) Вы это записали?

Съемочная группа проекта Сэма Мендеса о Битлз этим летом будет работать на Эбби-роуд в Лондоне. В одной из сцен планируют задействовать около 80 статистов и несколько автомобилей соответствующей эпохи.

Мендес снимает четыре взаимосвязанных фильма, каждый из которых расскажет историю Битлз с точки зрения одного из участников группы.

Все четыре картины планируется выпустить в кинотеатрах в апреле 2028 года.

Пол «Свэнни» Свон, много лет работавший в гастрольной технической команде Пола Маккартни, умер в августе 2026 года от онкологического заболевания.

Свон был инженером мониторных систем — специалистом, отвечающим за оборудование, с помощью которого музыканты слышат себя и друг друга во время выступления. В составе команды сэра Пола он работал, в частности, во время туров «Out There», «One on One» и «Freshen Up».

Коллеги вспоминают его как опытного специалиста с характерным сдержанным юмором и теплым отношением к окружающим.

В официальном магазине Битлз появилась куртка, созданная британским брендом PHIX в рамках новой коллаборации с группой. Модель вдохновлена одеждой музыкантов времен альбома «Rubber Soul».

Коричневая приталенная куртка выполнена из искусственной замши. В ее дизайне использованы элементы одежды середины 1960-х: удлиненный заостренный воротник, нагрудные карманы с угловатыми клапанами и застежки-кнопки.

В магазине также представлена коричневая полосатая рубашка PHIX x The Beatles. Кроме того, доступны футболки, свитера и другие тематические вещи.

На куртку уже открыт предзаказ. Ее выпуск запланирован на 2 октября 2026 года, стоимость в британском магазине Битлз составляет £325.

Музыкальный журналист Билл Уаймен выпустил книгу «Bill Wyman’s Rock & Roll Lists», в которой ранжировал песни Битлз и ряда других известных исполнителей.

Книга включает рейтинги, которые Уаймен более десяти лет готовил для New York Magazine и сайта Vulture. Помимо Битлз, в нее вошли списки песен Led Zeppelin, Pink Floyd, The Clash и Майкла Джексона, а также рейтинг всех исполнителей, включенных в Зал славы рок-н-ролла. Специально для книги автор добавил новые рейтинги песен Nirvana и Eagles.

Основой раздела о Битлз стал опубликованный в Vulture рейтинг песен группы, который, по словам Уаймена, оказался одним из самых читаемых материалов журнала за тот год. Автор не ограничивается расстановкой композиций по местам, а сопровождает список историей группы, подробностями создания записей и собственными оценками.

В первоначальной версии рейтинга Уаймен поставил на первое место «A Day in the Life», следом расположил «Strawberry Fields Forever» и «Penny Lane». Одной из особенностей обновленного текста стало появление «Now and Then»: критик включил ее в список, хотя сам не считает запись полноценной песней Битлз.

Электронная версия книги вышла в июле 2026 года. Также готовится бумажная версия.

Британский музыкант и продюсер Уильям Орбит умер 23 июля в возрасте 69 лет. О его смерти семья и друзья сообщили 7 августа.

Орбит получил широкую известность благодаря работе с Мадонной над альбомом «Ray of Light» 1998 года. Он также продюсировал альбом Blur «13», работал с All Saints, U2, Pink, Бритни Спирс и другими исполнителями.

Среди его известных работ — «Pure Shores» All Saints и песни U2 «Electrical Storm» и «The Hands That Built America».

Как самостоятельный музыкант Орбит выпустил серию альбомов «Strange Cargo», а его электронная обработка «Adagio for Strings» Сэмюэла Барбера стала одной из самых известных записей в карьере.