13.08 Stone Shades играют в клубе Союз Композиторов!

начало концерта в 20.30
билеты можно приобрести тут: ucclub.ru/event/13-0...
+7 (495) 629-65-63
www.ucclub.ru

Брюсов переулок, 8-10с1,

Бьорк: “В воздухе витают разительные перемены”
by Emma Robertson

Бьорк, что значит быть смелой в музыке?
Я думаю, вы знаете, когда вы действуете осторожно, когда у вас застой, а когда вы растете. Вероятно, это постоянное явление для всех нас — и это сложный баланс. Очевидно, что важно не перегибать палку, иначе вы рискуете упустить полезные моменты, но я действительно стараюсь научиться хотя бы чему-то одному на каждом альбоме, совершенствоваться в программном обеспечении или совершенствоваться в своих аранжировках, или, возможно, я склонна сочинять все более и более сложные мелодии для своего пения. Я становлюсь сама себе учителем.

Это то же самое, что значит быть храбрым в целом?
Я думаю, что это скорее внутреннее чувство. И потом, излишняя безрассудность, очевидно, может привести к вашему падению. Я определенно была виновата в этом много раз… Но оно того стоит. Я рано поняла, что я из тех людей, которые экспериментируют и совершают ошибки, но потом это того стоит, потому это случается что раз в сто лет. Таким образом, я думаю, что смелость также делает тебя уязвимым.

“Я почувствовала, как важно для молодых девушек, чтобы я высказывалась открыто, чтобы я не притворялась, что это легко”.

Люди по какой—то причине склонны забывать, что, когда речь заходит о знаменитостях, существует уязвимость - вам все еще страшно высказываться по вопросам, которые вас волнуют?
Честно говоря, я нахожу это довольно утомительным… Но я также чувствую, что если я стремлюсь к улучшению, например, положения в области равенства между полами, то мне нужно приложить усилия и в этом направлении. В девяностые годы для моего поколения было важно, чтобы женщины выходили на улицу, что—то делали и переставали жаловаться, но это было только потому, что поколение моей мамы проделало большую работу ранее, и я наслаждалась плодами этого.

Ваша мать тоже была активисткой, верно?
И мой отец тоже! Он был профсоюзным лидером здесь, в Исландии, на протяжении десятилетий, а сейчас является членом радикальной группы, которая пишет новую конституцию для Исландии. Я думаю, что долгое время я, вероятно, возражала против этого, мне казалось, что это слишком очевидно. Но за последние 20 лет или около того я убедилась, что трачу большую часть своего времени на защиту природы Исландии. Я думаю, что каждый раз, когда общество переживает трансформацию, начинаются разговоры о конце света, например, когда Лондон был черным от угля, никто не мог представить себе будущее без него. Когда в Париже обнаружили канализационную систему, было то же самое. Поэтому мы должны представить себе будущее, в котором мы будем очищать океаны или полностью перейдем на солнечную или ветряную энергию… Если миллионы людей смогут перейти с iPhone 16 на iPhone 17 в течение нескольких недель, значит, мы сможем это сделать.

Что заставило вас осознать свою ответственность за это движение?
Я думаю, это интересное чувство, когда ты становишься старше и понимаешь, что нет “их”, нет правительства или старейшин, нет никого, на кого ты могла бы указать и обвинить. Ты действительно должна стать таким человеком, и это не обязательно должно быть плохо. Я не думаю, что это совпадение, что люди моего возраста часто говорят о социальных обязанностях. За последние 10 лет я также почувствовала, как важно для молодых девушек, чтобы я высказывалась открыто, а не притворялась, что это легко. И я это понимаю. Даже несмотря на то, что то, что я сейчас говорю, может показаться мне нелепым… Я готовлю почву для своей дочери.

Значит, для вас важно высказываться буквально, а не только через музыку?
Это очень хороший вопрос, и я могла бы ответить на него семью разными способами… Я могла бы с легкостью сказать, что это не важно! Другим ответом может быть то, что как живой исполнитель я понимаю и ценю силу динамики и неожиданности.

Что вы имеете в виду?
Если вы всю жизнь будете выражать себя одним и тем же способом, это может утратить часть своего потенциала или динамизма. Мне всегда нравилось петь тихо, а затем громко, мне нравится ощущение яркости, которое это дает. Мне нравится изобилие в фильмах, музыке, еде, сексе, во всем… Так что, может быть, феминизм иногда следует скрывать, как, например, “мне это доставляет только удовольствие”, как благородное качество матерей, готовых к самопожертвованию… Но потом я вдруг пишу откровенный #MeToo на Facebook, просто чтобы противостоять этому, придать этому некоторую полярность? Как романтическая хоровая песня, а сразу за ней панк-мелодия.

Вы когда-нибудь беспокоились о том, что вас не услышат в таких случаях?
В целом, как музыкант, я чувствую, что меня слышат. И как человеку, мне нравится, когда меня понимают и когда меня не понимают. И я готова с этим жить. Думаю, природа музыки, которую я создаю, не обязательно заключается в абсолютной тоталитарной включенности. С другой стороны, когда я высказалась о домогательствах в проекте #MeToo, я определенно почувствовала, что меня тут же высмеяли — особенно когда я впервые заговорила об этом 17 лет назад. Женщины привыкли чувствовать, что они недостойны того, чтобы их воспринимали всерьез. Наконец-то, в воздухе произошли разительные перемены!

“Храбрость - это внутреннее чувство, которое не сворачивается и не кристаллизуется, а остается неизменным”.

Вы как-то сказали: “Если то, что я говорю, помогает женщинам, я готова это сказать”. Вы все еще верите в это?
Я думаю, что для этого есть время и место, потому что сейчас ситуация меняется. Я чувствую, что следующей задачей будут мужчины и то, как мы собираемся создать для них пространство для выражения своих чувств. Они получали очень сложные сообщения: что они не могут быть эмоциональными, а затем внезапно подвергались критике за то, что это не так. Мы, женщины, десятилетиями вырабатывали язык для самовыражения, а мужчины в этом отношении сильно отстают.

Как вы думаете, могут ли артисты выступать в поддержку такого рода движений?
Я не верю в иерархию — я думаю, мы сделаем это все вместе. Сейчас время глобализма, 21 веку не нужны лидеры. Я думаю, каждый должен следовать своей собственной миссии. Кто-то более поэтичен, кто-то более прямолинеен. Разнообразие - это все. Личная политика сложна и никогда не бывает упрощенной, и простое самовыражение может стать серьезным актом бунта, радикальной силой, даже если оно не включает в себя какой-либо четко сформулированной политики. Как я уже говорила, храбрость - это внутреннее чувство, позволяющее не сворачиваться и не кристаллизовываться, а оставаться жидким.

Как вам удается оставаться подвижной, когда дело доходит до вашей музыки?
Ну, например, я провела небольшой эксперимент с фальцетом в "Utopia"; теперь так поется больше песен, чем обычно, и это довольно забавно! Это было почти как продолжение “Cocoon”, моей старой песни, в которой я как певица пыталась проникнуть под кожу и разрушить барьер между певцом и слушателем. Я обнаружила, что звуковой контраст на этом альбоме, точка, где встречаются фантазия и реальность, является экстремальной. Думаю, именно об этом и говорит название "Utopia". Мне нравится, что в этом слове есть смысл. Это касается не только ваших фантазий, но и того, как вы смешиваете с ними реальность, и то, как вы это делаете, действительно характеризует, что вы за человек. Мне любопытно, какая разница между этими двумя понятиями.

Кажется, вас постоянно задевают эти дихотомии — фантазия и реальность, свет и тьма… На альбоме “Vulnicura” вы пели: "Когда я сломлена, я цела, а когда я цела, я сломлена".
Наверное, это было своего рода чувство юмора по отношению ко мне, возможно, я склонна к самоуничижению чаще, чем люди думают. Иногда я думаю, что когда люди переживают счастливые периоды в своей жизни, их “цельность”, по их словам, переоценивается. Я думаю, иногда, когда люди переживают самые тяжелые времена, они на самом деле становятся “целостными”, все как-то переворачивается с ног на голову…

Вы надеетесь, что ваша музыка помогает людям пережить эти переживания?
Я не могу на самом деле стремиться к этому. Я знаю, что у любой музыки есть такой потенциал, но важно, чтобы музыкант просто позволил музыке быть написанной. Она просто должна быть такой, какая она есть. Ее нельзя планировать заранее; иногда только потом становится ясно, что это такое. Но до или во время процесса написания… Это загадка.

Вышла книга Терри Крейна «Beatles Novelty Songs (1964–1966)», посвященная тематическим песням о Битлз. Автор собрал сведения примерно о 500 композициях.

Крейн рассматривает каждую песню отдельно, указывает исполнителей, участвовавших в записи музыкантов и связанные с ней факты. Среди затронутых тем — отдельные участники группы, праздники, романтические истории и общественные события. На обложке книги представлено несколько синглов этого направления, включая «Ringo for President».

Записи не ограничиваются рок-н-роллом. В 650-страничной книге рассматриваются песни в жанрах американского и британского фолка, кантри, джаза, блюграсса, ду-вопа, самбы, польки, серфа, ска и разговорного жанра.

Значительная часть материала для книги собрана и подготовлена участниками клуба Битлз.ру Александром Выборновым и Андресом Жураком. Их собрание записей "о Битлз" - одно из самых полных в мире: годами он выменивал редкие синглы у коллекционеров из разных стран и свел все найденное более чем на два десятка дисков, с указанием исполнителей, дат выпуска и обстоятельств записи. Именно эта база и легла в основу издания.

Этот каталог в свое время произвел впечатление и на американских собирателей. Автор блога Beatles in Print вспоминал, что впервые увидев сайт российского коллекционера, был поражен самим количеством существующих новелти-пластинок, и вместо покупки дорогих оригиналов пошел по пути обмена - так к нему и попало большинство этих дисков. Связь с владельцем коллекции у него позже оборвалась, и имени он не запомнил.

Книга выпущена в мягком и твердом переплете; через сайт компании Крейна faBgear также предлагаются экземпляры с автографом.

В Великобритании вышла книга «Beatlebilia: The Ultimate Beatles Memorabilia Reference Guide» Пэта Грэма и Фила Харбора. Справочник посвящен оригинальной продукции с символикой Битлз, которую выпускали и продавали поклонникам группы в разных странах в 1960-е годы.

В 377-страничное издание вошло более 3000 цветных изображений и сведения более чем о тысяче предметов. Авторы использовали собственные архивы, данные из коллекций других поклонников и материалы ранее опубликованных работ о битловских сувенирах.

Предметы разделены по тематическим категориям. В книге представлены игрушки и игры, детские музыкальные инструменты, одежда и аксессуары, сумки, кошельки, канцелярские принадлежности, часы, посуда, украшения, продукты, коллекционные карточки, значки и другие товары.

Отдельный раздел посвящен подделкам, копиям и поздним репродукциям. Авторы рассчитывают, что справочник поможет коллекционерам отличать оригинальные изделия эпохи битломании от более поздних вариантов.

Грэм и Харбор — британские коллекционеры памятных предметов, связанных с Битлз. Грэм также создал сайт Beatlebilia, на котором каталогизирует сохранившуюся продукцию 1960-х годов.

Книга выпущена издательством Beatlebilia Publishing 1 июля. Она представлена в твердом и мягком переплете.

Команда Пола Маккартни предложила поклонникам присылать работы, вдохновленные альбомом «The Boys of Dungeon Lane». Некоторые из них могут разместить на «доске» в новом официальном аккаунте музыканта в Pinterest.

Для участия подходят рисунки, живопись, цифровые изображения и абстрактные произведения.

«Доску» с работами поклонников создает MPL Communications. На новой официальной странице сэра Пола в Pinterest также публикуют материалы о визуальном оформлении «The Boys of Dungeon Lane» и источниках вдохновения, связанных с альбомом.

В число вариантов альбома Пола Маккартни «The Boys of Dungeon Lane» вошло издание для детской аудиосистемы Yoto. Карта содержит пластинку целиком и получила собственное оформление.

Yoto позволяет слушать музыку и аудиокниги с помощью физических карт, которые вставляются в специальный проигрыватель. Владельцам карты необязательно покупать отдельное устройство: доступ к записи можно получить через бесплатное мобильное приложение Yoto.

Продолжительность альбома на карте составляет 47 минут.

Ранее компания выпустила сокращенные версии сборников Битлз «1962–1966» и «1967–1970», а также специальную компиляцию «Say Hello to Paul McCartney».

После официального анонса специального переиздания альбома «Rubber Soul» появились новые фотографии винилового и CD-боксов, книги, конвертов и сингла «Day Tripper / We Can Work It Out».

На снимках показана американская версия «Rubber Soul» в оформлении Capitol Records. Она обозначена как стереоиздание, однако точный использованный микс пока не уточнен. В официальном анонсе ее называют оригинальной американской версией альбома Capitol.

В комплекты Super Deluxe на пяти виниловых пластинках и четырех CD войдет 88-страничная книга в твердом переплете. В нее включили новое вступление Пола Маккартни, предисловие, составленное из высказываний Джона Леннона об альбоме, редкие фотографии и подробные комментарии к песням.

Эти версии также содержат записи, среди которых 20 ранее не издававшихся студийных дублей и три неизданных домашних демо. В их числе — ранние варианты «Day Tripper» и «We Can Work It Out», а также неизвестная прежде "заготовка" Леннона «Little Girl». Она будет доступна только в двух боксах Super Deluxe.

Отдельное однодисковое издание «Rubber Soul» выпустят на зоотропном виниле с прорезным конвертом. Некоторые крупные магазины, включая Target, HMV, JB Hi-Fi и Fnac, предложат собственные варианты альбома на оранжевой пластинке.

Домашнее демо Джона Леннона «Little Girl» выйдет 2 октября в расширенном переиздании альбома «Rubber Soul». Как утверждается, запись прежде не появлялась на бутлегах, и о ее существовании не было даже слухов.

Демо обнаружили на катушке из архива Джона. Для версии продолжительностью 2 минуты 17 секунд Джайлс Мартин соединил две части записи.

«Little Girl» представляет собой незавершенный песенный набросок: Леннон поет под акустическую гитару, повторяя отдельные строки и слоги, чтобы зафиксировать мелодию.

Точную дату создания записи установить пока не удалось. Команда переиздания считает, что демо появилось не раньше лета 1965 года: в нем слышна измененная музыкальная фраза из песни «I’ve Just Seen a Face», записанной в июне того же года.

«Little Girl» войдет в оба варианта «Rubber Soul» Super Deluxe.

Фил Коллинз рассказал о кавер-версии песни «Tomorrow Never Knows» в программе Tracks of My Years на Би-би-си. Музыкант считает ее незаслуженно оставшейся в тени других композиций своего дебютного сольного альбома «Face Value».

«Об этой песне почти никто никогда не говорил — ни в рецензиях, ни где-либо еще. Когда вышел альбом, все, кажется, сосредоточились на «In the Air Tonight» и забыли об остальных композициях», — отметил Коллинз.

По словам музыканта, ему всегда нравилась оригинальная запись Битлз, однако он чувствовал, что песню можно представить иначе. При работе над демо Коллинз иначе подошел к гармонии. Он назвал композицию сложной для исполнения, поскольку она практически целиком построена на одном аккорде.

Коллинз включил свою версию «Tomorrow Never Knows» в список из десяти песен, сопровождавших разные периоды его жизни. Другой выбранной им композицией Битлз стала «I Want to Hold Your Hand».

Новая версия альбома «Face Value (Full Value)» будет выпущена 18 сентября.

Экземпляр альбома «Beatles ’65» с автографами Джона Леннона, Пола Маккартни, Джорджа Харрисона и Ринго Старра выставят на торги 27 августа. Британский аукционный дом Anderson & Garland оценил пластинку в £20–40 тыс.

Автографы получила бортпроводница BOAC Анджела Басс в марте 1965 года, когда музыканты возвращались с Багамских островов после съемок фильма «Help!».

Леннон, Маккартни и Старр расписались на обратной стороне конверта. Харрисон предпочел оставить автограф на лицевой стороне. По воспоминаниям Басс, во время полета она долго разговаривала с Джорджем.

Бортпроводница также получила автографы всей четверки на меню первого класса. Позднее его продали более чем за £5 тысяч, впоследствии раритет приобрел музей The Beatles Story.

Альбом оставался в семье Басс и теперь выставлен на продажу ее тремя сыновьями. По словам одного из них, они решили передать пластинку коллекционеру, который сможет по достоинству ее оценить.

Фил Коллинз заявил, что помирился с Полом Маккартни. Музыканты обсудили многолетний конфликт во время недавнего телефонного разговора.

Маккартни позвонил Коллинзу в ответ на просьбу передать памятную вещь для благотворительного аукциона и сообщил, что подберет подходящий предмет. Во время разговора он также упомянул прежние высказывания коллеги.

«Я сказал: «Слава богу, что ты об этом заговорил». Потому что он — часть моей жизни. Я жалею, что сказал это, хотя все действительно произошло. Но мы помирились», — сообщил Коллинз. По его словам, оба остались довольны тем, что наконец обсудили случившееся.

История началась в 2002 году на концерте в честь золотого юбилея Елизаветы II у Букингемского дворца. Коллинз попросил Маккартни подписать первое издание биографии Битлз Хантера Дэвиса. Как позднее утверждал музыкант, сэр Пол сказал Хизер Миллс: «Наш маленький Фил, оказывается, поклонник Битлз». Коллинз воспринял эту реплику как снисходительную.

О своей обиде он публично рассказал в интервью 2016 года. После этого Маккартни написал ему, что разочарован его словами, однако окончательно музыканты объяснились только теперь.

Благотворительный аукцион, посвященный 50-летию The King’s Trust, состоится 19 ноября в Лос-Анджелесе. На торги выставят сценические костюмы, инструменты, рукописные тексты песен и другие предметы из личного архива Фила и Джилл Коллинз.

1 августа 1971 года в Мэдисон-сквер-гарден состоялся концерт для Бангладеш, организованный Джорджем Харрисоном и Рави Шанкаром, ставший первым грандиозным благотворительным мероприятием такого размаха.

Целью музыкантов было оказание помощи пострадашим от циклона и войны за независимость в упомянутом регионе.

В концерте приняли участие Ринго Старр, Эрик Клэптон, Билли Престон, Леон Расселл, Боб Дилан, Клаус Вурманн, группа Badfinger.

Дж. Харрисон: «Это была идея Рави. Три месяца я сидел на телефоне, чтобы собрать состав и выступить с «небольшой помощью моих друзей».

Джордж исполнил песни со своего недавнего альбома `All Things Must Pass` и поздние битловские вещи, в том числе акустическую версию `Here Comes the Sun`.

Рави Шанкар представил внушительный сет индийской музыки.

Ринго спел `It Don`t Come Easy`, Билли Престон - `That`s the Way God Planned It`, Леон Расселл отметился попурри `Jumpin` Jack Flash\Youngblood`; Дилан сыграл свои знаменитые вещи.

Харрисон также приглашал участвовать в концерте Леннона и Маккартни; Пол отказался, сославшись на неразрешенные разногласия между битлами; Джон стал готовиться к выступлению, но Джордж намекнул, что Йоко Оно приглашать никто не собирается, и Леннон предпочел остаться дома.

Режиссер Сол Свиммер снял о мероприятии полнометражный фильм; бонус-материал на DVD содержит архивные интервью с Харрисоном, а также другими участниками представления.

Пишите: beatles_samara@mail.ru

В связи с выходом своего нового альбома Boys of Dungeon Lane, Пол, в рамках его раскрутки, дал несколько новых интервью. Я работаю над переводом некоторых из них для вас. Это интервью Пола было записано для ЮТуб канала The Rest is Entertainment. Ведущие канала – телеведущий, продюсер и писатель Ричард Осман и журналистка Марина Хайд.

Лично я являюсь большой поклонницей Ричарда. К сожалению, он покинул все телепроекты, в которых ранее участвовал, в основном чтобы сосредоточиться на написании книг и ведении своего канала на ЮТуб. В том числе, начиная с нового сезона, он больше не будет вести Richard Osman’s House of Games, а это шоу было одной из немногих причин, по которым мы с мужем включаем телевизор. И Пол, оказывается, тоже любит это шоу!

Надеюсь, интервью вам понравится так же, как понравилось мне.

Ольга

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=zNQY-zIL4zg&t=236s

Р.О.: Сэр Пол, мы очень рады вас видеть! Итак, все вопросы этого интервью были заданы нашими слушателями. Я не извиняюсь заранее за эти вопросы, просто хочу прояснить, что они – не от нас. Приступим? Мы поговорим про ваш новый альбом, и первый вопрос связан как раз с ним.

М.Х.: Да, приступим. Вопрос из Ливерпуля. Мэтью Ламби спрашивает: «После того, как вы объявили, что название альбома - Boys of Dungeon Lane, я проехал по Dungeon Lane, чтобы посмотреть на эту улицу. И оказалось, что все таблички с названием улицы были украдены. Это было сделано какими-то воришками, или вы сами их сняли? И если это были вы, когда вы повесите их обратно?»

П.М.: Это были воришки. Я съездил туда, хотел сделать несколько фотографий, и использовать их для обложки альбома. И табличек не было.

М.Х.: Ещё до того, как название альбома было объявлено?

П.М.: Да, еще до того, как его объявили. Поэтому табличка на обложке – ненастоящая.

М.Х.: Правда?

П.М.: Да.

М.Х.: А таблички заменят?

П.М.: Да, наверное, заменят, но их снова стащат. Вот такая история. Таблички были на месте, когда я был ребёнком, но менталитет изменился. В моём детстве никто не смел воровать таблички с названием улиц. Старшее поколение было не таким.

Р.О.: Вероятно, никто за всю историю не ответственен за такое же количество украденных уличных знаков, как вы?

П.М: (смеётся) Ну да, Abbey Road, Penny Lane.

Р.О.: Их много. А теперь к ним добавилась Dungeon Lane. Поговорим немного об альбоме. Вопрос от Марка Кризи: «Ваш новый альбом – про воспоминания о Ливерпуле. Что вы делаете, чтобы ваша музыка оставалась современной, когда вы пишете песни о прошлом?».

П.М.: Музыка – сама по себе современная, и об этом не приходится слишком много размышлять. Я её сочиняю, играя на гитаре или пианино, и больше ничего делать не приходится. Она как бы сама по себе получается современной, вне зависимости от текста песни. Это - то, как я подхожу к написанию песен, я сочиняю их в разных стилях, но их всех объединяет то, что они написаны мной.

Р.О.: Да, это ведь всё написано Полом Маккартни…

П.М.: Это всё написано Полом Маккартни.

М. Х.: Дополнительный вопрос от Марка Кризи: «Случалось ли когда-нибудь так, что вы написали мелодию, а потом поняли, что сочинили эту мелодию ранее?»

П.М.: Да. Или что кто-то другой сочинил её. Да, такое случалось. Ринго, бывало, напишет песню, и мы ему говорим: «Ринго, это же песня Боба Дилана». (смех) И он такой: «Ой, да ладно?». Со мной такое тоже иногда случалось, и с Джоном. Замечательная мелодия получилась, круто. Пока не вспомним, что она, вообще-то, из Вестсайдской истории, или ещё откуда-нибудь. Такое легко может произойти.

Р.О.: Когда вы размышляете о прошлом и возвращаетесь к воспоминаниям о Ливерпуле…

П.М.: Да?

Р.О.: Вы вспоминаете также и о том, как вы тогда писали песни? Вы ощущаете связь между собой и тем подростком, в музыкальном плане?

П.М. (вздыхает) Нет. Вообще-то, нет. Если можешь писать песни – это удача. Если в этом плане можешь как-то развиваться, развивать свои стиль – это тоже удача. Я могу что-то создавать в пределах, например, одной из тех песен, про которые вы сейчас говорите, Salesman Saint. Она – про моих маму и папу, и написана в стиле старых оркестров 40-х годов.

Р.О.: Да.

П.М.: Вот именно это и происходит: я не меняю свой стиль, просто в этой песне возвращаюсь к той музыке, которую мои родители слушали. Там есть строчка про то, что единственным развлечением тогда были пианино и радио, горячий чай и сигареты.

Р.О.: Да.

П.М.: Я всё это помню.

Р.О.: Да.

П.М.: В нашей семье пианистом был мой папа, когда мы все собирались вместе и пели. Он и мама курили и пили много чая. Песня – про эти воспоминания.

Р.О.: Должен сказать, так оно и есть: люди, которые собираются слушать ваш новый альбом, должны знать, что он великолепен и переносит нас в прошлое, хотя мы слушаем его в 2026. Это замечательно.

М.Х.: Это ведь как вернуться к приквелу. Слушатель по имени Дженсон Тэг пишет: «Боб Дилан сказал, что когда он размышляет о песнях, которые он сочинил, будучи двадцатилетним, он не понимает, кем был тот человек, который написал Blowing in the Wind. Вы ощущаете то же самое, или какая-то связь есть?».

П.М.: Связь есть. Но разница в том, что я знаю, кем я был тогда, и это связано с тем, что мы тогда делали. Когда мы впервые пришли в студию на Abbey Road, вчерашние подростки, мы писали песни, непосредственно обращаясь к своим поклонникам. Love me Do (Люби МЕНЯ, пожалуйста), Please, Please Me (Порадуй МЕНЯ, пожалуйста) …

Р.О.: В каждом названии – как бы просьба…

П.М.: From Me to You (От ТЕБЯ-ко МНЕ), She Loves You (Она любит ТЕБЯ). Везде – тебя, меня, то есть обращение напрямую к людям, которые нас слушают. А потом мы несколько изменились. Я знаю, я помню, кем был я, кем были мы. Мы были ливерпульцами, которые сначала писали песни, обращаясь напрямую к фанатам, а потом повзрослели, стали более творческими, или как это называется. Так что да, я помню, кем я был.

М.Х.: Вы мне всегда казались человеком, который сумел сохранить в себе чистоту, простоту. Как же вам это удалось?

П.М.: Не знаю. Люди обычно задают этот вопрос по-другому: «Как вам удаётся оставаться нормальным, обычным, вы же были в Битлз, а потом в Уингз и так далее?». Я считаю, что это благодаря моей семье. Мне повезло. Я родился в семье любящих друг друга и очень умных людей из рабочего класса. И я всегда говорю, не стоит недооценивать рабочий класс. Потому что я часто вижу такое отношение: он сантехник, а значит – тупица, ничего не знает. А я в своей семье видел другое. Например, мой двоюродный брат Берт составлял кроссворды для Guardian и для Times. Понимаете, уметь это – значит быть довольно умным человеком из рабочего класса. И он – лишь один из нас, у нас это – семейное. Такие умники-разумники.

Р.О.: Кстати, я тут подумал, а вдруг Боб Дилан не помнит, как написал Blowing in the Wind потому, что эту песню написал Ринго Старр (смех)?

П. М.: Ну да…

Р.О.: Да, у нас же был такой вопрос. А вот ещё один вопрос – очень хороший, на мой взгляд – от Халида Сайеда. Он пишет: «Вы настолько знамениты, и такое долгое время – дольше, чем другие знаменитости. Каково это, быть знаменитым, и как это изменилось в течение вашей жизни? Быть знаменитым в 60-х и сегодня – в чём разница?».

П.М.: По-моему, главное отличие – в нас самих. Когда ты становишься знаменитым, то тебе это в кайф. Ты же этого и пытаешься добиться. У тебя появляются хиты, всё отлично, тебя начинают узнавать на улицах. И тебе это – в кайф.

Р.О.: Ага.

П.М.: Тогда ты не ноешь о том, что люди так тебя достали, Боже мой.

М.Х.: (смеётся) Ничего подобного не происходило…

П.М.: Нет.

М.Х.: Это что-то новомодное?

П.М.: Да нет, нам просто это всё очень нравилось. И мы учились, как со всем этим справляться. Помню, я однажды в одиночку поехал на концерт, сел в поезд от Лондона до станции, которая была неподалёку от места проведения концерта, а потом пошёл в зал. И был замечен небольшой группой девчонок, они начали визжать. И я им сказал: «Девочки, девочки, давайте потише. Успокойтесь. Давайте договоримся: если вы не будете шуметь, я дам вам автографы. Зайдем в помещение, и вы их получите.» Нужно уметь это всё держать под контролем, и всё будет нормально. Например, как в этом случае, можно что-то особенное предложить взамен на выполнение твоей просьбы.

Но со временем, всё меняется. Теперь – везде телефоны.

Р.О. и М.Х.: Да уж…

П.М.: Телефоны! Теперь поклонники, встретив меня, сразу такие: «Ой!» и лезут в карман за телефоном, понимаете ли. А я говорю: «Прошу прощения, но я не фотографируюсь». И в наши дни это – прямо что-то радикальное. Я возможно, сейчас буду хвастаться своими знакомствами, но я об этом уже говорил в интервью аж самой Опре. Она меня спросила: «Как же так? Вы не фотографируетесь с поклонниками? Почему?». А я ответил, что нет, не фотографируюсь, просто потому что не хочу. И я ей потом очень пространно объяснял, что мне не нравится это делать, и это для меня принципиально. Это, кстати, к вопросу о том, чтобы оставаться простым и нормальным, что для меня так важно. Как только я начинаю зазнаваться и слишком много о себе мнить, я тут же перестаю сам себе нравиться. Для меня важно оставаться самим собой. Поэтому я отказываю людям, когда они просят сфотографироваться со мной. А когда они спрашивают, почему, у меня наготове для них объяснение, длинная история про то, как на южном побережье Франции, на пляже в Сен-Тропе, есть парень с обезьянкой, который за деньги фотографирует вас с ней. Так вот, я вообще не хочу ощущать себя этой обезьянкой. А когда я с кем-то должен фотографироваться, я именно так себя и ощущаю.

Р.О.: Отлично сказано.

П.М.: Я перестаю ощущать себя самим собой.

М.Х.: К тому же, поклонники упускают возможность настоящего общения с вами. У меня было такое странное чувство во время посещения Лувра. Я впервые свозила свою дочь в Париж, и мы пошли в Лувр. А там вообще никто не смотрел на картины. У всех был телефон в вытянутой руке, все были заняты фотографированием. Вот висит Мона Лиза, но она никому не интересна, все просто хотят фотографию этой картины.

П.М. : Да. Такой вот феномен. Так и живём…

Р.О.: Мне забавно представить, что вот кто-то встретил Пола Маккартни, взволнован этим, просит сфотографироваться вместе, и получает в ответ длинную историю, в конце которой он смотрит на часы и такой: «Ладно, Пол, мне пора. Приятно было познакомиться».

П.М.: (смеётся) Ага. Мол, классную историю ты рассказал. А потом он рассказывает об этом знакомым, и те такие: «Ты встретил Пола Маккартни? А ты с ним сфотографировался?». «Да нет, блин, он всё нёс какую-то чушь про обезьяну».

М.Х.: Хорошо пообщались, он анекдот про обезьяну рассказал.

Р.О.: Да, было там что-то про обезьяну, не помню уже, что… А что вы скажете про вмешательство прессы в частную жизнь? Как это изменилось с 60-х годов?

П.М.: По-моему, пресса всегда была навязчивой. Но меня это не очень беспокоит. Раньше я называл их милыми плутами. Потому что они такими и были. А вот сейчас они не такие уж и милые. Но меня это не беспокоит, это же их работа. Если только они совсем уж гадостей обо мне не пишут, то и ладно, это просто издержки профессии.

М.Х.: Кстати, об издержках профессии. Мне тут один вопрос очень понравился, его нам прислал Филипп Эндрю. Он спрашивает: «Несмотря на вашу огромную популярность, принимали ли вас когда-нибудь за другую знаменитость?».

П.М.: Нет.

М.Х.: ЗдОрово. Вы – самый знаменитый из знаменитостей.

П.М.: Видимо, было бы забавно вспомнить что-то подобное. Но нет.

М.Х.: Наверное, в таких ситуациях приходится просто подыгрывать.

П.М.: Да.

Р.О.: Отвлечёмся ненадолго от музыки. Я знаю, что вы большой поклонник такого культурного развлечения как телевидение. Лора Голдболт спрашивает: «Если бы вы решили стать участником реалити-шоу, то какое шоу вы бы выбрали и почему? Например, Traitors, Bake Off, Dragons Den и т. д.?

П.М.: Pointless.

Р.О.: Спасибо!

П.М.: С удовольствием пошел бы на эту передачу, и не только потому что вы её вели.

Р.О.: Я вас официально приглашаю.

П.М.: (смеётся) Официально!

М.Х.: На Рождественский выпуск.

П.М.: Pointless – одна из моих любимых передач. Так что я выбрал бы её. К числу других моих любимых передач относятся Gogglebox, House of Games [тоже передача Ричарда].

Р.О.: Тааак!

П.М.: Теперь вот без Ричарда Османа…

Р.О.: У меня ещё один вопрос, от Рэйчел Эйблетт, продюсера передачи Would I Lie to You? Она спросила: «Не могли бы вы узнать у сэра Пола, желает ли он прийти на Рождественский спецвыпуск Would I Lie to You? Мы были бы очень рады его видеть.»

П.М.: О, Господи, это же тоже одно из моих любимых шоу.

Р.О.: Это то шоу, в котором они берут у вас интервью, спрашивают что-то вроде: «С вами когда-либо случалось что-нибудь интересное?», а вы отвечаете: «Да у меня рассказов на несколько недель хватит».

М.Х.: Шерри спрашивает: «Вы всегда великолепно создаёте персонажи – Элеонор Ригби, Роки Ракун, Дженни Рен… Существуют ли какие-либо поведенческие модели, которые вы наблюдаете среди людей в 21 веке, которые удивляют вас?». Новые модели поведения?

П.М.: Думаю, многое из этого связано с так называемыми инфлюенсерами. Я ведь не из этого поколения, и мне это не понятно. Я, конечно, вижу это, рад-не рад. Моя жена иногда просматривает Инстаграм и показывает мне что-то оттуда, и там же полно этих инфлюенсеров. Для меня это странно. Наверное, такие люди всегда были. Но вот кто-то без особых талантов почему-то становится вдруг очень и очень известным. Прямо вот очень известным. Миллиарды кликов и просмотров, все дела. Мне, наверное, стоит быть поосторожнее, говоря на эту тему, я ведь рискую показаться сильно старомодным, но уж какой есть.

Р.О.: Вы ведь – Пол Маккартни, вам позволено так говорить, вам это сойдёт с рук.

П.М.: Да? Ну, тогда я продолжу?

Р.О. Да, вам можно. Главное, Опру не забудьте упомянуть.

М.Х.: Так-то, это ей повезло, что вы приходили к ней на шоу.[рекламная пауза] А вас заботят клики и просмотры?

П.М.: Нет. Нет, и мне повезло в этом смысле. У меня есть офис, в котором работают молодые ребята, они замечательные и хорошо во всём этом разбираются. Они любят своё дело, живут этим. И они подсказывают мне, как и что нужно делать, и мне не приходится ломать голову. Меня, как бычка, ведут за кольцо в носу. (смех)

М.Х. Просто делай, что тебе говорят.

П.М.: Ведите меня, куда хотите.

Р.О.: Интересно. У вас были всевозможные этапы успеха, вы через всё это прошли. Сначала вы просто хотели собрать полный зал, потом решили поехать работать за границей, потом выпустить альбом, потом попасть на первые строки чартов. А вот как для вас выглядит успех сейчас? Например, новый альбом – вы его выпустили, вы им гордитесь, как для вас выглядит его успех?

П.М.: Когда людям нравится то, что я делаю. Это всегда – главный критерий. И теперь это стало единственным критерием. Если я отправляюсь в турне, то публика, по идее, должна хотеть послушать новые песни. Так вот, они не хотят. Публике обычно не нравятся новые песни. Я им говорю: «А сейчас мы исполним новую песню». И я знаю, что им это не по душе, потому что когда мы исполняем один из главных хитов Битлз, то все включают камеры на своих телефонах, везде загораются огни, как галактика какая-то. А при исполнении новой песни мы как будто попадаем в чёрную дыру. (смех) Ну, правда.

Р.О.: Так старые песни когда-то тоже были новыми.

П.М.: Да, хорошее было времечко… Я думаю, просто дело в том, что все хотят то, что им нравится, а именно - старые песни из твоего репертуара. Мои дети надо мной потешаются, мол, тебе нравится, когда тебя хвалят, правда же? И я такой, да, хвалите меня, сколько влезет.

Р.О.: Кстати, интересный вопрос – вам нравится, когда вас хвалят?

П.М.: Да, нравится.

Р.О.: Потому что это показывает, что вы хорошо поработали или вашему эго льстит то, что людям нравится созданное вами?

П.М.: По-моему, именно в этом дело. Ты создаешь что-то, пишешь песню, и считаешь, что она получилась хорошей, говоришь себе: «Я неплохо поработал». Ты её записываешь, она выходит в свет, твоё творение летит по миру и если оно нравится людям, то это именно то, что нужно. Это больше, чем просто удовлетворение от создания произведения искусства. Когда вышел сингл с нового альбома, Boys of Dungeon Lane, под названием Days We Left Behind, я получил множество отзывов об этой песне. Многие люди говорили, что плакали, слушая её. Она же очень эмоциональная. Строчки, которые и у меня вызывают эмоции – «Nothing Stays the Same, Noone Needs to Cry» (Ничто не остаётся прежним, не стоит плакать). От этой фразы хочется плакать.

Р.О.: Это вы специально хотите довести нас всех до слёз. (смех)

П.М.: Да я и сам не знаю, откуда что берётся, Ричард. Не знаю. Но это прекрасно, если что-то, сделанное тобой, нравится тебе самому, а потом ты слышишь отзывы людей, которые говорят, что им тоже понравилось. Это и есть цель.

М.Х.: Современным артистам, кажется, гораздо сложнее сказать: «Мне на самом деле нравится, что мною восхищаются».

П.М.: Да.

М.Х.: А почему? Почему им это сложно сказать?

П.М.: Не знаю. Ну, если подумать, с чего мы все начинаем? В школах есть специалисты по профориентации, и они нам говорят, что толку из нас не будет, что ничего нам не светит…

М.Х.: Тогда нужно добиваться чего-то самостоятельно…

П.М.: И тогда приходят такие мысли – ну, и Бог с ним, ладно. А потом мы объединяемся в коллективы, и тогда что-то начинает получаться. И чего мы тогда ищем? Одобрения или денег? Вырваться из сложившихся обстоятельств и добиться успеха в жизни? И не имеет смысла этого стесняться, все об этом знают. Если вы работаете, то вы хотите повышения.

М.Х. Да.

П.М.: Или если у вас есть шоу на телевидении, вам нужны высокие рейтинги.

Р.О.: А как же. House of Games выходит каждый вечер в 18.00, на BBC2.

Я думаю, что из миллиардов людей, когда-либо живших на этой планете, ваша жизнь – одна из более невероятных. Представить только, с чего вы начинали и чего вы в итоге добились.

П.М.: Да.

Р.О.: Задам вам один вопрос – давайте пофилософствуем на тему, каково это, быть Полом Маккартни, каждый день, начиная с утра? Надеюсь, понятно, что я подразумеваю под этим вопросом… Что вы думаете о своей жизни, о том, что с вами происходило, вообще – каково это? Наверное, это настолько невероятно…

П.М.: Знаете, я думаю у меня есть защитный механизм от таких мыслей – не думать обо всём это слишком много. Я себе говорю: «Так, подожди, давай-ка воспринимать успех понемножку, небольшими частями. Молодец, хорошо». И таких маленьких успехов накапливается много. Сначала одну песню написал, потом - другую, и так далее. А если я начну вот это всё: «Пол, чувак, да ты великолепен», у меня голова треснет.

Р.О.: Да.

П.М.: Поэтому я стараюсь такими мыслями не увлекаться, просто говорить себе, что всё хорошо, всё нормально. Не думаю о том парне, который является знаменитостью. Я – просто парень, который утром встал, пошел завтракать…

Р.О.: Понятно. Но ведь существует огромное количество видеозаписей обо всём, что вы сделали, и это, должно быть, как-то влияет на ваше восприятие? Вы же иногда их просматриваете?

П.М.: Да.

Р.О.: А это- постоянное напоминание о том, что происходило в вашей жизни?

П.М.: Да.

М.Х.: Мы сейчас находимся в студии Эбби Роуд, и, конечно, чтобы сюда войти, нужно пройти мимо того самого перехода, и там, сегодня и ежедневно, собирается огромная очередь, все ждут возможности пересечь эту дорогу. Когда вы проезжаете мимо, думаете ли вы: «О, а я, помнится, тоже когда-то эту дорогу пересёк?». (смех).

П.М.: Мне не очень нравится, когда кто-то всю жизнь стремится к успеху, ну, или там, к славе, а потом говорит, что его это всё не устраивает. Я считаю, что это – некрасиво. Надо сказать себе – да, я к чему-то стремился, и добился этого. Ты хотел того-то и того-то, и всё это получил, будь этим доволен, не сходи с ума. Помните эту строчку из песни у Eagles, что-то про колёса, сводящие с ума?

М.Х.: Don’t Let the Sound of Your Wheels Drag You Down?(почти точная цитата из песни Eagles Take it Easy).

Р.О.: Да, вроде эта строчка.

П.М.: Нет, там немножко не так.

М.Х.: Возможно, я сейчас задам вам странный вопрос, мы ведь столько говорили про ваш успех. Но людям интересно послушать и когда вы говорите о своих неудачах. Вот, например, Люкс Адамс спрашивает: «Джон иногда несправедливо отзывался о ваших песнях, пренебрежительно называя даже некоторые из лучших мусором. А вас самих не устраивают какие-либо из собственных песен?».

П.М.: Да. Бывают песни, которые, как мне кажется, не получились или получились не такими хорошими, как хотелось бы. Но на всех не угодишь, знаете ли. Например, у меня есть песня под названием Bit Bop. (напевает) О Боже, слушая её сейчас, я вообще не понимаю, как мне такое сошло с рук. (смех) Но я тогда работал с Тревисом Хорном, продюсером, который сказал: «Эта песня – одна из моих любимых». Поэтому, взглянув на ситуацию с его точки зрения, я подумал: «А что? Он же знает, о чём говорит. Может, песня не так уж и плоха». Но вообще, по-моему, она – не очень хорошая.

Р.О.: А существуют ли песни, которые вам приходится исполнять, хотя иногда и совсем не хочется? Ведь некоторые из них, если подумать, вы исполняете так много раз?

П.М.: Можно сказать, мне в этом плане повезло, со мной этого не случается. Хотя, казалось бы, такое может происходить, если я играю Hey Jude или Let it be.

Р.О.: Наверное, это потому что публика поёт их вместе с вами, правда же?

П.М.: Опять же, все зависит от того, какая на данный вечер цель. Когда у меня концерт, я почти всегда знаю, кто моя публика. Чаще всего, это семьи: дедушки моего возраста, их дети, внуки. Получается довольно широкий охват. И иногда я решаю исполнить песни, которые они вряд ли знают, и очутиться в чёрной дыре (смех). Но они ведь заплатили большие деньги за билеты. А я помню себя в детстве, когда я ходил на концерты, накопив денег на билеты – например, на Билла Хейли.

Р.О.: Ух ты… Да…

П.М.: Опять я хвастаюсь именем знаменитости (смех). Но я эти деньги копил месяцами, зарабатывал, разнося газеты, и так далее. И я знал, чего я хочу от концерта. Я хотел, чтобы он спел свои хиты. И я был разочарован, если этого не происходило – ну, да ладно, пусть себе поёт. Кстати, та же история с мистером Диланом. Я был на паре концертов Боба, и я не мог понять, что за песни он поёт. И это уже было немного чересчур, я ведь довольно неплохо знаю его творчество. Можно понять, если ему надоело исполнять Mister Tambourine Man. Но я-то хочу её послушать!

Р.О.: Да.

П.М.: И я заплатил за билет.

М.Х.: Может, стоило отправить ему заявку на песню. Наверняка бы он с удовольствием согласился. (смех) Надо было сходить за кулисы, чтобы напомнить, что он пропустил пару номеров.

Р.О.: А сейчас я предложу вам два не взаимоисключающих слова, а вы выберете то из них, которое, наиболее точно вас описывает. Вы себя считаете артистом или шоуменом?

П.М.: Я бы сказал, наверное, артист, который развлекает публику.

Р.О.: То есть, в первую очередь, вы - артист, но артист, который развлекает публику, будучи шоуменом.

П.М.: Знаете, мне хотелось бы думать, что я – в первую очередь, артист. Но я ведь устраиваю представления, на которые люди ходят семьями, и они заплатили за вход. А ведь они не обязательно все богатые. Вот я и даю им то, чего они хотят. Хотя иногда мы играем несколько песен, которые не нравятся им, но нравятся нам.

Р.О.: Участники группы переглядываются и такие: «А давайте-ка вот эту сыграем»…

П.М.: Да, как-то так. Но знаете, что мне нравится, особенно в наши дни? Например, когда мы исполняем Hey Jude и видим, как весь зал поёт вместе.

Р.О.: Чудесно.

П.М.: Америка сейчас под Трампом, республиканцы и демократы готовы друг другу горло перегрызть. Но когда мы исполняем эту песню, они об этом забывают. Она им всем нравится, они перестают спорить друг с другом и поют, все вместе. Поэтому я считаю, что подобные вещи имеют большую ценность. И мне это по душе. И мне нравится, что им это по душе.

Р.О.: Я хочу выразить вам искреннюю благодарность за то, что вы делаете для культуры, за то, что вы достигли того, чего достигли, за поддержание уровня, за то, что вы развлекаете людей и за ваше стремление их объединять, а также за то, что сохраняете этот дух все эти годы. Я считаю это невероятным, учитывая все взлёты и падения, которые у вас были. Понятно, что вы не станете поздравлять себя каждое утро с тем, что вы – Пол Маккартни, но от имени наших зрителей и себя лично…

М.Х.: И я…

Р.О.: …хочу вас поблагодарить. Потому легко можно представить себе мир, в котором нет Пола Маккартни, но мир только выигрывает, если вы в нём есть.

П.М.: Ого. Спасибо, Ричард. И я хочу сказать, что являюсь вашим поклонником. Это всё, что у меня есть сказать на это.

Р.О.: Давайте на этом и остановимся.

П.М.: Давайте.

М.Х.: Лучше и сказать нельзя.

Р.О.: Битлз в самом своём расцвете – Пол, Джон, Джордж и Ринго, если бы они все приняли участие в House of Games, кто бы выиграл кубок?

П.М.: Битлз.

Р.О.: Все вместе?

П.М.: Все вместе.

Р.О.: Справедливо.

М.Х.: Придётся этот ответ принять.

П.М.: Ричард, Битлз невозможно победить.

Р.О.: Битлз невозможно победить, а вы-битл. Совершенно верно. Мы же говорим о Битлз, а не о Monkees. Сэр Пол, огромное вам спасибо.

М.Х.: Большое спасибо.

Р.О.: Очень приятно было с вами увидеться. Спасибо, что уделили нам время. А также спасибо за то, что вы и сейчас создаёте такую прекрасную музыку.

П.М.: Спасибо.

Р.О.: Ваш новый альбом великолепен. Мы тут устроили небольшую вечеринку, и послушали ваш альбом. Люди заливались слезами и понятно, почему. Есть порох в пороховницах.

П.М.: Ух ты.. Большое спасибо.

Р.О.: И вам.

Обсуждение интервью.

Ричард: Ух ты, сам сэр Пол Маккартни… Я, кстати, пытался спросить у него, кто из участников Битлз выиграл бы House of Games, но, видимо, задал вопрос неправильно. Поэтому нам следует всегда задавать вопросы от наших зрителей, а не мои. (смех)

Марина: Когда мы выходили из студии, мы были в таком приподнятом настроении. Мы шли по дороге вместе, и я говорила о том, как меня привлекают люди, в которых есть энтузиазм к жизни – и чем старше я становлюсь, чем больше они меня привлекают. И невозможно оставаться таким бодрым и заинтересованным, если нет этого энтузиазма к жизни. И именно это я имела в виду, когда сказала, что он не потерял своей свежести. В нём до сих пор есть что-то ребячливое, в лучшем смысле этого слова.

Ричард: Именно так. Он был окружён своей командой – людьми, которые заняты съёмкой, и так далее- и очевидно, что они все его любят.

Марина: Да.

Ричард: И это о многом говорит, не правда ли? Это необычное ощущение, жить в одном мире с Полом Макартни, учитывая всё то, чего он достиг. Он же, по сути, является культурным артефактом, как Великие пирамиды Гизы, но он сидит перед нами, он – просто человек. На той же неделе мы праздновали 100-летний юбилей сэра Дэвида Аттенборо, и как прекрасно, что эти люди по-прежнему среди нас, эти невероятные титаны индустрии развлечений. Они ходят среди нас, мы можем с ними пообщаться, наши зрители могут задать им вопросы. Я в восторге от этого.

Марина: Это просто волшебство, волшебный день, особенно для тебя.

Ричард: Да. И знаешь, что? Когда я шел к студии и оказался на улице, которая пересекается с Circus Road и Abbey Road, там был светофор, на котором горел красный свет. И я подумал: «Подожду, или найду где-нибудь подальше пешеходный переход?» (смех) Я и правда так подумал, а потом такой: «А, ну да, есть тут один переход.» Спасибо огромное за всё команде сэра Пола и ему самому. Мы с ним сфотографировались – это всё, о чём мы просили. И ещё, спасибо вам всем за то, что проводите эти интервью, потому что вы сами пишете вопросы.

Марина: Да, конечно.

Ричард: У нас впереди ещё несколько встреч с очень, очень интересными людьми, и мы ждём вопросов для них. Мы скоро объявим об этом, а пока – ещё раз спасибо зрителям и спасибо сэру Полу.

Марина: Огромное спасибо.

7.08 , в пятницу, Cree Dance выступят в легендарном Ритм-н-Блюз кафе!
Билеты: rhythm-blues-cafe.edinoepole.ru/widget/eve...
сбор гостей с 19.00,
начало концерта в 20.00
адрес: м. Библиотека им. Ленина, Боровицкая ,Староваганьковский пер. ,19стр.2.
8 (495) 697-60-08