И Владимира Милашевского "На Канале, Стога" конца 1950х, с хорошей атмосферой, и следы самолётов процарапаны в картине, как у Евгения Егорова, то есть можно понять, что самолёты эти военные.

Отдельно всё же приложу пару работ с финальной части вчерашней выставки. Зои Матвеевой-Мостовой "Вид из Окна" 1967го - в духе своего времени, близко к Жилинскому, при этом облака человеческие в уголку присутствуют, а маленькие люди сродни тем, которые у Кашкина, но всё-таки побольше и с большей симпатией, что ли.

Евгения Егорова в том же зале - насколько понимаю, там всё Петра Уткина ученики - "Столбичи" 1920х назвал бы слегка прямолинейными и брутальными, скорее уже в духе семидесятых, эта жизненная сила подошла бы как иллюстрация к чему-то типа "Улитки на Склоне". Однако какая-то серная мощь в ней привлекает внимание всё-таки. Меж тем, больше меня впечатлила другая вещь, "Чайная Феди Курчавова" 1923го. Во-первых, это чистый Оскар Рабин за пятьдесят лет до Оскара Рабина; во-вторых, суть даже в другом - вся картина поверх процарапана чем-то типа буквы "Z", и другими как бы символами, которые видны только при определённых углах зрения на неё, но, опять же, несут энергетический смысл; понятно, что в этой чайной могут поцарапать. Чистый футуризм.

Далее, поскольку ещё один зал первого этажа был занят экскурсией, двинулся наверх. Потом, в самом конце визита, вернулся туда снова, но там ранние работы, то, с чего ученики, в смысле, включая Петра Уткина, начинали. По сравнению с более поздними работами они, конечно, проигрывают, тогда как заметка имеет ограничение по длине; но отмечу двух собачек там, Павла Кузнецова "Дама со Щенком" 1907го и Александра Савинова "Мальчик с Собакой", где собака, в отличие от мальчика, в пуантилизме, с чем отчасти перекликается его же "Ведущая Детей" 1939го в одном из последующих залов, где дети совсем авангардные пятна - думаю, это осмысленно и то, и то, вместо эскиза законченные вещи; но на их картинки, увы, места нет.

В переходном зале с самарскими футуристами именно, учениками Валентина Юстицкого, мне понравилась Давида Загоскина "Овца" 1922го - при радикальной внешней форме, в верхний левый угол вписано вполне понятное лицо, в рамках школы. Вообще зал интересный, там эскизы росписей Александра Савинова в охре для "Дома-Памятника в Честь 2-го Конгресса Третьего Интернационала в Саратове", но на это тоже нет места.

Петров-Водкин, мною весьма уважаемый, представлен довольно подробно, в частности есть как "После Боя" с синим мысленным вторым планом, на котором погибший красноармеец, а на переднем комиссары думают об этом - в контексте приобретает и черты осмысления произошедшего с символизмом и российским искусством в целом - так и две разные "Семьи Командира", 1936го и 1938го, и портрет Пушкина хороший, но я на выставку по большей части пришёл из-за другой его картины, "Собаки" 1919го, которую очень люблю. Во-первых, она очень похожа на Лисичку, одну из космических собачек, и любимицу Королёва. Увы, он поторопился и послал её в один из первых запусков прототипа "Востока", когда ещё была мало отработана спасательная система. Ракета отказала, собачка погибла. Я видел киносъёмку этого запуска на какой-то выставке - без упоминания в аннотации, что там внутри живые собачки были, насколько помню, но ракеты каждый раз взрываются по-разному, это точно был тот. Во-вторых, посмотрите поближе, фото прилагаю. "Уж не Николай ли это Второй?".

В зале про колхозы и новостройки Мартирос Сарьян, без всяких сомнений, настоящий художник, хоть и мало в моём вкусе, но на его полотнах всегда есть секрет; однако отмечу скорее Павла Кузнецова "Отдых" 1925го. Секрет есть и тут, если уже знать, где искать, виден и без особого увеличения, но и первый план хорош именно символически - склоняющиеся с двух сторон колосья отсылают, понятно, к советскому гербу, утверждённому в 1923м. Только там они скошенные, а тут жница отдыхает и сложно сказать, скошены ли они, или нет, так что картина довольно многозначная; меня больше впечатлила, чем его же "Московский Пейзаж", написанный через четверть века, хоть он тоже хорош.

В отдельном зале офорты Алексея Кравченко очень разные, все интересные - к примеру, на одном, с Мавзолеем Ленина, на Спасской Башне часы без стрелок, о чём нагонявший меня с экскурсией экскурсовод рассказывала, так что пришлось всё делать ударными темпами - от славного "Пушкина в Архангельском" 1939го - вообще, Пушкина в разных видах на выставке довольно много; и символических обнажённых девушек, до чего-то типа "Завода АМО". Однако, как наибольший пример визуального стиля, приведу "Октябрь, Борьба и Строительство" 1927го. Офорт к тому же ещё и двусмыслен отчасти - светлый путь, ведущий к городам будущего с небоскрёбами, то ли проходит через взывающую бабу со снопом и серпом, то ли мимо неё, и сложно сказать, указывает ли мужик подростку на путь к бабе, или же на путь к небоскрёбам. Плюс чёрное Солнце на самом верху как атомный взрыв. Хы.

Трудно сказать, является ли Алексей Карев, которому с учениками отдан следующий промежуточный зал, художником забытым справедливо, или же нет - я в его лаконичной и напоминающей план "Неве" 1934го, в своё время разрекламированной, найти какие-то сообразные размерам полотна чудеса затруднился; может быть, вся суть в том, что их именно что нет - но вот его "Дом на Окраине Города" 1917го, хоть и простой, но очень даже милый, и есть на что посмотреть. Возможно, дело в попытке выхода за пределы своей эстетики, что ли - раннее пространство уютное, потому, что человечное, а позднее нет, это огромный бездушный простор, хоть и с заявкой на его освоение по-петровски, вроде "кто переплыл Неву, тот и океан переплывёт". Так или иначе, я душу в Неве на картине найти затруднился; возможно, плохо искал.

Занятным образом "Автопортрет с Женой" Валентина Юстицкого 1948го года перекликается с "Американской Готикой" Гранта Вуда, место вил занимают пальцы руки жены. Без понятия, знал ли художник о сходстве, вообще его поздний стиль "не моё", привожу из уважения к его сложной жизни; если он в ней сохранял такое чувство юмора, то это вдвойне достойно уважения.

Из части про Великую Отечественную отметил бы Елены Бебутовой "Аэростаты Заграждения" 1942го - похоже, вписанный позже намеренно анахроничный автомобиль одновременно и отвлекает внимание от вещей, о которых говорю, и привлекает к ним; а, может, и закрывает что-то.

Из завершающей части экспозиции симпатичные картины более современных художников - Владимира Милашевского, Зои Матвеевой-Мостовой - славные, в каждой что-то есть, но, увы, мало влезают в заметку.

В общем, выставка хорошая, что провёл на ней всего три часа сожалею, лучше было бы минимум ещё часик, и в другой день. Тем более, что нужные облака прошли мимо в основном, пока был на ней - там большие окна на лестницах и видно, я даже через них щёлкнул пару раз, без понятия, как вышло, времени нет смотреть сейчас - тогда как объявление какие-то кадры разместили, но свет реально никто не выключал.

Мораль, вероятно, такая, что если привычный порядок вещей нарушается, то ничего хорошего не жди - тогда он именно нарушается, и элегантно компенсировать выходит средне - наперекосяк идут и те планы, что вместо тех планов, которые пришлось отменить из-за каких-то там.

Да, и мне тут в своё время говорили, что меня слишком много - если кто хочет посмотреть ещё восемь картинок, то сможет найти их у меня вконтакте.

Побывал в павильоне под "Рабочим и Колхозницей" на ВДНХ, посетил выставку "Волга, Москва, Нева" про саратовских символистов, учеников школы Борисова-Мусатова, и, чуть-чуть, их последователей.ы

Список весьма представительный: Петров-Водкин, Павел Кузнецов, Алексей Карёв, Мартирос Сарьян, Пётр Уткин, Александр Матвеев, Михаил Аринин, Валентин Юстицкий, Евгений Егоров, Владимир Кашкин, Елена Бебутова, и другие.

Выставка занимает три этажа, как слышал краем уха, двести работ - планировал отложить посещение на чуть позже, но в подъезде вчера вывесили объявление, что сегодня в произвольное время с десяти до пяти отключат свет на два часа, мало люблю прерываться, нужно было чем-то с гарантией занять время.

С другой стороны, посещение оказалось скомканным, всего три часа. Обещались облака, возможно правильные - когда они появились, было уже поздновато замедляться; и где-то на середине первого этажа за спиной начала маячить экскурсия с детьми, притом двигалась она таким темпом, что пропустить её вперёд означало потерять слишком много времени на сам этот пропуск.

Как всегда, выставка хорошо оформлена под речную тему, на лестницах звучат пароходные звуки, где-то даже видео с подъёмом пассажиров на борт парохода есть, и отдельными штрихами, но достаточно внятно, рисует историю общего свойства на примерах жизненных путей отдельных художников.

Кто-то поехал в Москву, кто-то в Питер, кого-то полупринудительным порядком отправили в Армению; кому-то повезло приобщиться к власти, а кто-то из-за отличного от пролетарского происхождения был лишён преподавательского места и зарабатывал малопонятным образом; кто-то нашёл компромисс между запросом общества и смыслом искусства, а кто-то вдруг обнаружил смысл в этом запросе - и из всего этого вместе складывается картина жизни художника, в двадцатом веке как минимум.

Передать всё это в рамках заметки у меня нет возможности, сделаю что могу, а именно выберу из каждого основного экспонента по одной наиболее меня впечатлившей работе, и напишу почему она произвела впечатление. Прошу прощения за блики, там иначе никак не снять, в залах темновато, если стекло на картине есть, то, как ни крути, какой-то отражающийся в нём источник света на фото есть тоже.

Виктор Борисов-Мусатов, "Танцующие Фигуры", начало 1880х. От основателя школы приведена одна картина, близкая к эскизу, но зато несущая все черты того символизма, о котором идёт речь, как стиля - фигуры только намечены и полупризрачны, весь буквальный план зыбок, но зато подробно проступают лица в облаках. То есть, с такой точки зрения объективная действительность это производная духовных сил демиургического толка, что ли.

Владимир Кашкин, "Ремонт Буксирных Пароходов", 1933й. Мало вариантов, единственное относительно крупное полотно художника, который прожил относительно короткую жизнь и просто мало успел развернуться. Передний план тут энергично штурмующие гору корабли, которые делают это так бодро, что зритель забывает о том, что они, вообще-то, стоят на суше, на приколе, на ремонте. Большая часть представлена мелкими цветными пятнами заднего плана, в ремонте двух пароходов принимают практическое участие всего два человека, так что он может длиться долго; кроме того, от береговой линии, если подумать, они находятся подозрительно далеко; но восходящая, думается, к супрематизму энергетика картины такова, что зритель всё это мало принимает во внимание, проникаясь энтузиазмом и экзальтацией. Скрытое лицо тут за мачтами пароходов.

Борис Миловидов, "Дорога" 1925го, тонкая вещь, с реалистичным передним планом и почти прозрачной работой по облакам, где тоже лица, в частности справа выше второй ветки правого дерева, но подробный снимок оказался бликующим. Потом художник вынужденно занимался соцреализмом, но, насколько могу заметить, тонкости есть и там.

В следующем зале моё внимание привлекла в первую очередь "Грозовая Туча" Михаила Аринина, 1926го года - почти офортно плоская вещь, скорее в стилистике шестидесятых, и со вторым дном синем по синему. К досаде, фото бликуют в самом малоподходящем месте, но, надеюсь, с фильтром по максимуму читатель сможет разглядеть, что имею в виду. Затруднюсь оставить без упоминания и его "Пейзаж с Лошадками" 1927, в предрассветном тумане и другой технике, но тоже со скрытым в облаках лицом, в данном случае, похоже, крестьянина - но в картинках место есть только на одну вещь, и первая мне нравится больше.

Женя, дорогая, поздравляю с днём рождения!
Счастья, мира, любви! Всего тебе самого доброго!

https://www.youtube.com/watch?v=UeOHAzjxLhk&list=RDUeOHAzjxLhk&start_radio=1

С битловским днём рождения, Костя!
Счастья, здоровья, удачи! Всех благ!

https://www.youtube.com/watch?v=MjF1bG5LUcs&list=RDMjF1bG5LUcs&start_radio=1

Стас, мы все помним Челюскинцев!!! Т